Возвышение Меркурия. Книга 15 (СИ)

Лишь предположения и догадки. Всех их переместили сюда при помощи единственного портала, что тут находился и после этого за стены сооружения они не выходили. Собственно, тут даже окон, которые выходили бы во внешний мир не было.

К моменту, когда я решил, что вопрос с получением информации закрыт, разум был изрядно вымотан. Тем не менее к массивному рубину, который выполнял роль управляющего контура защитной системы, я подходил с чувством изрядного предвкушения.

Всё время, пока я занимался выкачиванием данных из иерархов крепости, Мьёльнир работал с артефактом.

— Ну что, я присс-с-ступаю?

Глянув на ежа, кивнул и тот шагнул к рубину, кладя на него обе лапы.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом камень сверкнул яркой вспышкой, а на меня обрушилось ощущение вернувшейся мощи. Теперь я снова чувствовал себя полноценным римским богом, а не его жалким огрызком.

Но пришло не только оно. Появилось понимание причины по которой никто не знал о точном расположении крепости — она болталась в межмировом пространстве. Точно так же, как дворцы Первых, которые я видел в чужих образах.

Тем не менее, это было хотя бы объяснимо. В отличие от свалившегося на меня разноголосья. Сотни тысяч голосов, которые обращались не к кому-то, а к верховному богу Меркурию. Я было подумал, что сюда доносятся воззвания последователей из моего нового мира, но для этого их было слишком много.

Попытавшись определить источник обращений и хлынувшей вместе с ними силы, я внезапно столкнулся с чужим и пристальным вниманием. Как будто эти смертные поклонялись не только мне, но и какому-то ещё божеству. И прямо сейчас, мы одновременно обратили на них внимание.

Момент и в голове прозвучал знакомый голос моей первой последовательницы.

— Меркурий?! Наконец-то! Никуда не уходи, я сейчас буду.

Глава XXI

Это было настолько ошеломляюще, что на миг я застыл, не зная, как реагировать.

Надо же. Бывшая жрица не просто выжила, но и смогла обрести силу, как минимум не уступающую моей.

Мьёльнир, который тоже уловил обращение девы, но естественно не слышал деталей, застыл на столешнице, уперев в меня вопросительный взгляд.