Комбат не ждет награды

Он был крайне доволен тем, как прекрасно все можно будет уладить с аудиторской проверкой Центробанка.

Маргарита села, а затем немного подумав, закинула ногу за ногу. Супонев даже причмокнул от этого зрелища. В женской красоте он разбирался так же хорошо, как и в драгоценных камнях, а может даже и лучше.

Тут уж никакой Лазарь Моисеевич наверное, не дал бы ему фору. Матвея Гавриловича часто приглашали в жюри различных конкурсов, где он рассматривая красавиц, выносил свой вердикт, забраковывая девушек так, как заводчик забраковывает непородистых лошадей.

Маргарита была хороша. В ней имелось что-то такое, что не поддавалось определению."

"Это была врожденная грация плюс молодость и то неуловимое изящество, которое бывает у людей, когда они сами не понимают насколько они хороши. Все эти качества сочетались в Маргарите.

– Где ты ее нашел, Яша? – смакуя коньяк, поинтересовался Супонев.

– Не на конкурсе красавиц, естественно, – сказал Березин.

– Да, там такие не попадаются. Там, как правило, шлюхи и полные дуры, которые мнят, что смогут сделать карьеру фотомодели или супер-манекенщицы.

От того, с каким цинизмом говорил Матвей Гаврилович Супонев, Маргарита даже покраснела. Но это ей шло. Ее темные глаза под густыми бровями засверкали.

– Не нравится? – по-детски наивно поинтересовался Матвей Гаврилович, кладя свою большую ладонь на руку девушки.

– Да нет, говорите, что вы, Матвей Гаврилович!

– Нет, если тебе не нравится, я не буду.

Он вообще очень быстро переходил от деловых разговоров к разговорам на совершенно другую тему, как правило, на разговоры о женщинах. И если бы у Березина не зазвонил телефон, по которому искали Матвея Гавриловича Супонева, то все сложилось бы, возможно, по-иному. Маргарите прямо сейчас пришлось бы сесть в шикарный лимузин на заднее сиденье к Супоневу и укатить за город. Но звонивший по телефону был человек очень влиятельный и Матвей Гаврилович Супонев оказался ему очень нужен.

– Слушай, Матвей Гаврилович, – после приветствия раздался мужской голос явно с военными нотками, какой присущ только крупным военачальникам.

– Да, я слушаю, весь внимание.

– Там твои мужики напортачили.

– Напортачили?

– Оставили очень много отпечатков.

– Ну так сделай, чтобы они исчезли. Мне сейчас скандалы и разборки ни к чему. Я людей отправлю и никто до них не доберется.