Команда Бешеного

Это надо же! За такой короткий срок провернуть столько дел в чужой стране! Хотя, что он так удивляется? В них же течет одна кровь, а это что-нибудь да значит! Теперь нужно, не торопясь, но поспешая, как говорил некто великий, начать подготовку к выполнению плана Рассказова. И первым делом заняться этим Никитой. — Никита!"

"— Слушаю вас, командир! — весело отозвался тот. — Есть где место, где без проблем говорить с тебя? — Если я правильно понял, то вы хотите поговорить в укромном месте, чтобы не было лишних глаз и ушей, не так ли? — Точно так!

— И коль скоро вы с дороги, то вам нужно хорошо пообедать и отдохнуть?

— Ты очень прав, — усмехнулся Красавчик-Стив.

— О'кей! — кивнул он. — Но… — Конечно, самые лучшие и немые, — подмигнул Никита. — Что значит «немые»?

— Ничего не знают, ничего не видят, ничего не скажут!

— Отлично и прекрасно! Что надо! — КрасавчикСтив поднял кверху большой палец.

— А как в смысле… — Никита, продолжая поглядывать за дорогой, выразительно потер пальцами.

— Ты как, Ронни, будешь с девочкой кувыркаться? — повернулся Красавчик-Стив к своему телохранителю.

— Понимаешь, хозяин… — замялся тот, смущенно пожимая плечами.

— Что ты хочешь сказать? — деланно нахмурился Стив. — Ты что, еще ни разу не был с бабой?

— Был, но… — Ронни снова замолчал, потом решительно добавил: — Не нравится мне с ними.

— Не нравится?! — удивленно воскликнул Красавчик-Стив, потом догадливо ткнул его локтем в бок.

— Не с мужиками, а с мальчиками! — возмущенно возразил Ронни.

— Да-а-а… — Красавчик-Стив не нашел, что ответить. — Дела… Ну что ж, попробую, — неуверенно протянул он, — черт их знает, может, и в этой стране имеются «голубые». — Он снова повернулся к Никите. — Слушай, Никита, ты каких девочек любишь?

— Я? — хихикнул Никита. — А мне все равно, кого трахать: лишь бы шевелилось и весило больше двадцати пяти килограмм! — Он весело рассмеялся.

— В таком случае мне найдешь лет под семнадцать-восемнадцать, не более, и так! — Он снова поднял кверху большой палец. — Себе сам, что ты сказал, больше двадцать пять килограммов…

— А что хочет Ронни? Снова мальчика? — поморщился Никита.

— Так ты знаешь.

— А то! Каждый день только и просит. И каждый раз нового. — Он тяжело вздохнул.