Колыбельная для смерти

Эта ниша, в которой прятался от остальных посетителей столик на двоих, и правда напоминала небольшой кабинет. Широкий низкий подоконник был уставлен цветами, на стене висели морские пейзажи, в углу стоял высокий канделябр с зажженной свечой.

– Этот столик не для вас ли специально тут оборудовали? – спросила Лиза.

– Нет, – улыбнулся Дэн. – Хотя, подозреваю, держат его свободным для меня.

– Еще бы! Для кафе это большая честь – визиты знаменитого писателя.

– Нет, просто обычно я делаю дневную выручку теми литрами кофе, которые выпиваю, – парировал Дэн.

Они сделали заказ. Лиза не удержалась и попросила блинчики: такие аппетитные запахи витали в помещении. Дэн же ограничился чашкой кофе.

– Откуда вы узнали, где могут прятать Дину? – спросил он в лоб, едва от их столика отошла официантка. Обмен любезностями окончился, Весенин решил больше не терять время на светские разговоры.

– Увидела, – так же прямо ответила Лиза. – По фотографии. У меня есть такие способности. Могу через фотографию человека настроиться на его волну и примерно описать, что с ним случилось.

Дэн уставился на Лизу с таким изумлением, будто увидел у нее вместо ног русалочий хвост. Лиза криво усмехнулась: другой реакции она и не ожидала.

– Так вы… – начал мужчина и вдруг расплылся в широкой улыбке. – Вы даже не представляете! Нет, это надо обязательно рассказать, иначе не поймете всей соли. Это невероятно, просто невероятно, какое совпадение!

Он с резким звуком придвинул стул и наклонился к девушке через столик.

– Я уже рассказал вам, что мы с Диной пишем сценарий. И это ее была идея – найти настоящую гадалку, чтобы она могла нам помочь консультациями.

– Я не гадаю, – поспешно перебила Лиза.

– Но карты Таро читать умеете?

– Умею. Но не практикую. Я вообще не гадалка."

"– Но способности ясновидящей у вас есть? – не отставал Дэн.

Он говорил о сценарии – с чего все началось, и вскоре перешел на книгу, которую собирался писать. Говорил с таким интересом и страстью, что Лиза моментально увлеклась. Она даже забыла про принесенные ей блинчики, хоть те, кружевные, румяные, пропитанные маслом и медом, источали возбуждающий аппетит аромат.