Кольцо фараона

И вы можете обратиться с прошением о предоставлении вам французского гражданства. И вам его предоставят. Вы везде можете представляться как французский гражданин, благо и язык ваш почти не отличается от истинно французского. Вы способный ученик, но скажите мне, вы почувствовали мелодию французского языка?

- Не обижайтесь, любезный Николай Иванович, - сказал я, - но мне до сих пор не нравится французский язык. Возможно, мне нужно в кого-то влюбиться, чтобы понять мелодию любви в этом языке.

- Так влюбляйтесь же, черт вас возьми, - сказал подполковник.

- Николя, я подаю чай, - раздался обворожительный голос. В комнату вошла дама лет двадцати с небольшим, в белом платье с кружевами и с пышно взбитой копной русых волос.

- Наталья, представляю моего друга Владимира, - сказал Николай Иванович, - нашего соотечественника и героя, а вам, Владимир, я представляю свою сестру Наталью, приехала ко мне в гости, чтобы отдохнуть от военных передряг в России.

Я встал и поцеловал маленькую руку с длинными музыкальными пальцами, чуточку покраснев от смущения. Такой же румянец появился на щеках Натальи.

- Так, - сказал Николай Иванович, - а чего это вы оба покраснели? Смотрите не влюбитесь друг в друга. У меня совершенно другие планы на твое замужество. И не вздумай верить ни одному слову этого красавчика во французской военной форме.

Николай Иванович улыбался, но в его глазах ясно читалось: не береди сердце моей сестре.

Я понимающе кивнул ему и на протяжении всего вечера старался не оказывать особых знаков внимания его сестре и в последующие дни даже и не пытался появиться в районе их проживания, перебравшись в неплохую гостиницу, благо у меня скопилось достаточное количество полетных денег.

Глава 10

Стук в дверь прервал мои размышления.

Прибывший портье сообщил, что в холле меня ожидает женщина.

Я вышел в гостиничный холл и увидел Наталью.

- Почему вы не появляетесь и почему вы исчезли без всяких объяснений, - гневно сказала девушка. - Неужели вы считаете, что я недостойна вашего внимания?

Она присела на диванчик и заплакала.

- Успокойтесь, пожалуйста, Наталья Ивановна, - сказал я, - я действительно тот человек без роду и племени, который совершенно не достоин вашего внимания.