Колонисты

Но я, не останавливаясь, не сводя глаз с уже мертвого тела, снова и снова дергал спусковой крючок. Лишь после третьего подряд щелчка до меня дошло, что кончились патроны.

— Ну, все, молодец! — Иваныч подошел, нагнулся и вырвал из моих оцепеневших рук оружие.

Я же, глубоко дыша, продолжал пялиться на громадную тушу, лежащую совсем рядом с моими ногами. Секунда-две и эта тварь вцепилась бы в меня, порвала.

Я откинул голову, распластавшись на мягкой траве, глядя в серое небо, чуть не ставшее свидетелем моей смерти.

Как это ни удивительно, но в себя я пришел достаточно быстро, даже лечебная пощечина или затрещина от Иваныча не понадобились.

Я поднялся на ноги и огляделся. Иваныча видно не было. Наши рюкзаки на месте, две мертвые твари рядом со мной, лежащие в паре метров друг от друга и все, никого не видно.

— Иваныч! — позвал я приглушенно, а затем, словно испугавшись, что остался один, повысил голос.

— Да не ори ты! — послышалось неподалеку. — Здесь я.

Я на негнущихся ногах побрел к нему. Как и ожидалось, напарник снимал шкуру с одной из мертвых тварей.

— Очухался? — поинтересовался он.

Я молча кивнул головой.

— Ладно. Погуляй минут пять, в себя еще приди. А потом давай, снимай шкуры с той твари.

Его кивок указывал в направлении, где лежал здоровенный волк.

— Только здоровую тушу не трогай, — догнали меня его слова, когда я отправился в указанном направлении.

Я замедлился. А кого тогда трогать? Тут до меня дошло, что рядом с огромным монстром, застреленным мной, лежит еще один. Тот волк, который шел к нам в обход, и которого я положил первым.

Идти работать ножом, резать шкуру мне не хотелось. Поэтому я сначала подошел к нашим с Иванычем рюкзакам, лежащим рядом, и поднял с одного из них свое ружье. Судя по всему, Иваныч положил его сюда сразу после того, как забрал у меня.

Теперь же, когда я уже немного успокоился и взял себя в руки, следовало вернуть оружие в боевую готовность. Не дело это, что я тут брожу с пустыми руками.