Вечная Война. Книга III

 — Давай… потом поговорим?

Овца глубоко вздохнула, с трудом вернула грудь на место, застегнула молнию и кивнула головой.

— Хорошо. Я буду ждать.

Я облегченно выдохнул и подорвался с места.

— Непременно поговорим! Но… потом! А сейчас пора на войну! Деньги сами себя не заработают, опять же, нужно новый синтезатор купить!

Боже, что я несу! Я заткнулся и направился к выходу.

— Илай! — окликнула меня у входа Овца.

— Да, дорогая? — я сделал заинтересованное лицо.

— Моего Симбиота зовут Аурелия. И она тоже девочка!

Я замер с поднятой ногой.

— А… поподробней?

— А оно тебе надо? Давай… потом поговорим? — улыбнулась девушка.

Сарказм? Да не! Где сарказм, а где Овца? Не может же она внезапно поумнеть? Или может?

— Ясно-понятно! — кивнул я и выскочил за порог.

* * *Сборы заняли минимум времени. В современных реалиях при подготовке к каждой миссии, в голове приходилось решать еще одну проблему. Да, с Воскрешением у нас всё хорошо, в отличие от большинства других индивидов Обитаемого Космоса.

Это были: «Потрошитель» Алекса, «Зубочистки» Пакли и «БФГ-9000» зеленого Извращенца. ОН и ОНА были, в принципе, восполняемыми, вот только для этого нужно отловить пару Серых Рыцарей и отобрать у них Молоты. А потом модернизировать их и перекрасить.

Поэтому я каждый раз, как дурак, сидел и думал. А еще ругался с Командой.

— Алекс, Пакля оставьте свои железки на Базе!

— С хера ли? — наглый Алекс.

— Почему, командир? — расстроенная Пакля.

— По кочану, блядь! Силовые клинки возьмите! Тоби, ты тоже пуху оставь!

— Хранатамьот вазьму? — малой никогда не спорил, только грустил.

— Да, бери! И Маузер оставь, дорогой он, скотина!

— Харашо!

— Клоун, Овца.

— Да всё будет нормально, командир. Не кипеши! — Клоун засунул ЕГО за спину и не собирался меня слушать.

— Я ЕЕ все-таки возьму, — розовенький Молот также отправился в чехол.

Через некоторое время все переобулись/переоделись так, как я просил, и мы загрузились в Буксир. Немного подумав, я решил не брать огромный неповоротливый грузовик, а «Крылатыч» был откровенно мал.