Колдун и Сыскарь

 — Да и по неделе без просыху, как мы, не гуляют.

— По неделе ещё ладно, — сказал Харитон Порфирьевич, — то всего лишь малый запой. А вот когда большой, до месяца… — Он вздохнул. — Ладно, что-то не туда мы свернули, давайте ближе к делу.

— Давайте, — согласился Сыскарь.

Харитон Порфирьевич продолжил рассказ. Собственно, там уже и рассказывать-то особо было нечего, и голые факты сводились к следующему. В первый месяц Бертран Дюбуа трижды посещал имение князя Долгорукова, всякий раз под присмотром или самого Харитона Порфирьевича или специально назначенной мамки виделся с Дашей, и всё было хорошо — дело явно шло к сватовству.

— Так вышло, что пришлось мне их тогда наедине оставить, никак иначе было нельзя. Час или около того пригляда не было, и о чём там промеж них речь шла или что делалось — мне неведомо. Только больше месяца, считай, как он здесь не показывается, — закончил он. — И за это время Дарье Сергеевне становится всё хуже и хуже.

— Днём из дома она выходит? — деловито осведомился Симай.

— Пока — да. Но всё реже и ненадолго. Боюсь, как бы не поздно было.

— А чего ж ты раньше за мной не послал?

— Раньше… Раньше мне такие мысли и в голову не приходили. Да и сейчас, правду сказать, не уверен."

"— Не уверен он… Ладно, будем разбираться. Ежели, знамо дело, ты нас нанимаешь.

— Э… а сколько возьмёшь?

— Недорого, как со своего. Десять рублей. Это ежели подозрения твои не подтвердятся и Бертран нормальным окажется. Мало ли, всяко быват. А вот ежели это то, что мы с тобой оба думаем… Тут дороже станет, сам понимашь. Француз, судя по тому, что ты рассказал, птица непростая, высоко летает. Такому осиновый кол в сердце вбить… — Он сокрушённо покачал кудлатой головой. — Это тебе не упырь деревенский обыкновенный.