Кокон для души (СИ)

Потом она вложила в твое чрево семя, создав меня из генетического материала отцов…

— Генетического материала? — ошарашено спросила я, — ты знаешь, что это такое?"

"— Конечно! Я уже в шестнадцать узнала пароль от скрытых папок на компе Орнии и занималась самообразованием, — немного насмешливо ответила Яра.

— А я думала, что ты там фильмы смотришь и в игры геймишься… — удивленно протянула я. Вообще логично, что Орния оставила образовательные программы по другим мирам для моей дочери.

— Это Илай геймится, он, наверное, тебе и рассказал.

Скрывать от Илая наш секрет удавалось недолго. Этот непоседа следом за Ярой проник в телепорт и нашел компьютер. Уорну пришлось взять с сына клятву на крови.

— Ну, да…

— Ладно, слушай дальше, — довольно сказала дочь. — Потом Орния вложила в меня часть своей души, предварительно выпустив почти всю свою силу для того, чтобы остудить Рорн. Остаток сил она использовала для того, чтобы закрыть Ению.

— Это объясняет «воскреснет в ней». Получается, когда ты зародилась во мне, Орния как бы воскресла, так? — попробовала разобраться я, — но это не объясняет, множественного числа.

— Не совсем. По плану Орнии через несколько столетий, я должна буду переродиться, усвоить энергию богини, а потом смогу направлять линии вероятностей, — Яра посмотрела на мое удивленное лицо и продолжила, — линии вероятностей — это такая ерунда… Я пока сама до конца не разобралась, что это такое, но с их помощью я смогу пробудить искру создателя в твоих потомках и потом возродить мужей Орнии.

— То есть, какой-то пра-пра-правнук, например, Илая сможет стать твоим будущим мужем? — спросила я.

— Теоретически. Практически там столько всего сделать надо, чтобы все совпало, — вздохнула Яра, — Отцы тоже не случайно образовали четверку. В каждом из них содержится часть энергии мужей Орнии. Каждый из них в конце концов станет предком новых богов.

Мы помолчали. Осознание перспектив немного пугало. Я вдруг подумала, что Яра станет новой богиней — бессмертным существом и будет помнить часть жизни, которую прожила человеком. Будет помнить отцов и меня, своих братьев и сестер, дядюшку Сида — отставного военного, ставшего няней Яры, Лу, Жаклиана, Лину, Злотана и так далее. Все мы останемся в ее памяти на долгие века и даже тысячилетия.

— Это сложно осознать, — тихо заключила я.

— Еще сложнее сделать.