Когда землю укроет снег

Пусть я боялась признаться ему, себе, всему миру. Но больше скрывать правду не имело смысла.

Я любила. Не за красоту, не за силу, не за ум, не за характер. А за все сразу. Как можно выделить что-то одно в полноценной личности? В сильном мужчине, который знает, что такое долг, честь и любовь? Сколько раз я была свидетельницей его благородства, не перечислить. Я просто любила его… всего.

Сначала чувствовала восхищение, затем признательность, привязанность, страсть, а после уже любовь. Ту самую, о которой все так мечтают.

— Нам пора идти, — произнес он, оторвавшись от моих губ, и мягко улыбнулся.

— Подожди, — я схватила его за руку, не давая отойти.

— Что-то случилось?

— Нет, то есть да… Или нет.

— Так нет или да?

— Я люблю тебя, — выпалила на одном дыхании и замерла, всматриваясь в его лицо. Пытаясь понять, как отреагирует он на мои слова. От этого зависело очень многое.

Замер на долю секунды…

Глаза вспыхнули ярким огнем, и он схватил меня за плечи, вглядываясь в лицо.

— Что? Что ты сейчас сказала?

— Я люблю тебя, — прошептала едва слышно.

— Еще… Скажи еще раз…

— Я люблю… Ай, что ты делаешь? — Ирбис внезапно подхватил меня на руки и закружил так сильно, что все замелькало перед глазами. — Отпусти, сумасшедший.

— Никогда. Слышишь, никогда тебя не отпущу! — барс остановился и прижал к себе.

— Какой Храм? — растерялась я.

— Такой. Выйдешь за меня замуж, Миа? — совершенно серьезно спросил он, а у меня в который раз пропал дар речи.

— Но ведь у вас же нет разводов, — напомнила ему.

— Я помню.

— Но тогда…

— В бездну все, Миа! И слушать ничего не хочу! Или у тебя есть возражения?

— Нет, но…

— Вот и отлично. — Снежный опустил меня на землю и чмокнул в нос. — У тебя нет возражений, у меня нет возражений, значит, решено.

— Ирбис, это очень ответственное решение, — попыталась я воззвать к его разуму.

— Миа, — рассмеялся он. — Ты ненормальная. И не должна меня отговаривать, а должна прыгать от счастья.

— Уже прыгаю, — фыркнула в ответ. — Еще немного, и взлечу.

Вновь поцелуй. Быстрый и неуловимый, как ветер, и сладкий, как патока. Мужчина явно намеревался сбить меня с мысли.

— Как же я тебя люблю, — шепнул он, лукаво улыбнувшись.

Сначала показалось, что я ослышалась.