Когда утонет черепаха

Результаты его опытов переполнили выгребную яму. Ассенизаторы потребовали тройную оплату и подпись, что это не биологическое оружие. Они всякого навидались, но такое нюхали впервые. Откачивали жидкость с большой осторожностью и ныли, что придётся давать взятку начальнику очистных сооружений.

В конце мая Том впервые получил сырное зерно и даже залил его в формы. На радостях купался в море. Было холодно, но майор не простыл, потому что некогда. Сыр теперь то рассыпался, то твердел неравномерно. Местами делался как камень, а где-то оставался жижей.

На трансильванском сайте Dracula & Co предлагали рабов-наладчиков. Приковав парочку таких к котлу, можно наладить производство. Более того, привозные технологи научат сыроделию даже самых недалёких гуманитариев. Том провел собрание руководства. Очень удобно, когда начальников всего два и один из них девочка. Её всегда можно насмешить и так добиться нужного решения.

Итак, постановили нанять румынского колдуна. Пусть приедет и всё покажет, раз такой умный. Томас написал письмо, сделал заказ, но оплатить не смог. У него вдруг закончились деньги. Его состояние, нажитое годами непосильной коррупции, всё ушло на ремонт, закупку сырья и оборудования.

Несколько дней он ходил по двору опустошённый. От отчаяния даже посетил работу. Там капрал Сакс воспитывал попугая. Окна были открыты, остров Муху готовился к лету. Увлекшись сыроделием, майор не заметил, как отцвели сады.

"Два месяца в городе показались Анне двадцатью годами. На острове была жизнь, предощущение полёта. В столице же – только женатый Роберт. Теперь ещё и обнаглевший, потому что был прав.

Анна пробовала сменить работу. Ну как пробовала, позвонила «в пару мест». Везде одно и то же. Место среднего менеджера и флирт с начальником в перспективе. Роберт хоть в постель не тянет, из чего возникает иллюзия уважения к Анне как личности.

Она хотела назад, на остров. Анна вообразила, как хорошо должно быть сейчас на Муху.

– Здравствуйте, Хуго. Рада вас слышать.

– Здравствуйте, Анна. Как ваши дела?

Кажется, он тоже был рад собственной смелости. Чувствует вину, деревенщина. После церемониальной болтовни о пустяках (как принято у нас на Муху) перешли к сути.

– Анна. Я был не прав.