Когда отцветают розы

Из соседней комнаты, где улеглась Мэри-Джо, не доносилось ни звука. Ни скрипа пружин кровати, ни шороха простыней. Спит она или тоже лежит и вспоминает во тьме картины из прошлого? Кажется, ее трепет перед ночью в этом доме прошел. Еще бы! Диана дала ей много другой пищи для размышлений.

Она не винила Мэри-Джо за отказ впутываться в ее дела. Не было никаких доказательств, что совершено преступление, а надежды добыть их просматривались призрачно. Мэри-Джо слишком много и тяжело работала, чтобы тратить время на мелодраматические теории.

Брэд в письмах рассказал о ней немного, но упомянул крайне неудачное замужество, развод со скандалом, всякое отсутствие поддержки семьи. «Какая же я дура, — думала Диана, — чтобы бередить чужие раны рассуждениями о зрелом умении заглянуть в себя и любовных ошибках! Как можно быть такой бесчувственной! Ей намного тяжелее, чем мне. И все-таки у нас много общего. Наши проблемы кажутся несхожими, но проистекают они из одной и той же фундаментальной слабости…»

Когда донеслись первые звуки, она сразу поняла, что именно их и дожидалась, лежа в темноте.

Поначалу хрустальные ноты почти сливались с дождевыми каплями. Потом громкость увеличилась и звуки обрели мелодию.

Диана еще немного полежала в постели, прислушиваясь. Однако ее попытки определить, откуда исходят звуки, оказались напрасны — музыка наполняла комнату равномерно. Животных она не беспокоила. Вооружившись фонариком, Диана выскользнула из-под одеяла.

Свет она не включила.

На ощупь выбирая путь, она направилась к лестнице. Темп музыки усилился, но звучала она все еще не так громко, как раньше.

Ее нерешительная рука оперлась о косяк открытой двери по соседству с ее комнатой. В ту же секунду луч света устремился ей прямо в лицо и ослепил. Она прикрыла глаза ладонью.

— Прости, не хотела тебя испугать, — сказала Мэри-Джо.

— Я тоже, — отозвалась Диана и включила свой фонарик. Легкие, хрупкие, но звонкие ноты звучали, казалось, повсюду вокруг них. Мэри-Джо, склонив голову, слушала.

— Откуда это? — спросила она.

— Не знаю, — Диана снова направилась к лестнице.

— Подожди. Давай не будем разбредаться в разные стороны. — Мэри-Джо схватилась за ее руку, даже в рассеянности Диана заметила разницу между этим прикосновением и тем, в сарае. У Мэри-Джо были узкие и длинные пальцы, на ладони ощущались небольшие мозоли.

— Спустимся вместе, — прошептала она.

На лестничной площадке они, не сговариваясь, замерли.