Когда отцветают розы

По пути домой она гнала как сумасшедшая не потому, что боялась чего-то, а для внутреннего самоощущения. Поэтому ее так разъярила машина, припаркованная там, где она ожидала найти свободное пространство. Но уж стало совсем неуютно, когда она заметила, что место занято синим «мерседесом». Как, черт возьми, он смог так быстро ее вычислить? Правда, уже через минуту она разглядела номера из штата Вирджиния и почувствовала облегчение.

Она уткнулась бампером в багажник «мерседеса» и вышла из своей машины. В «мерседесе» никого не было.

Мысль о том, что кто-то мог рыскать вокруг дома или, что еще хуже, внутри, не испугала ее, но рассердила. Николсоны наверняка предупредили бы, ожидай они гостей. Энди? Исключено. Машина сияла новизной.

Он появился из-за угла — не Энди, гораздо более энергичный, плотный мужчина, уже походкой своей дававший понять, что с ним шутки плохи. Стопами ботинок он не опирался на землю, он попирал ее. Его костюм-тройка показался ей совершенно неуместным. Господи, еще и платочек в нагрудном кармане!

Он поприветствовал ее издалека.

— Мисс Рид? Вот и вы! А я уж заждался!

Прежде чем ответить, Диана подошла поближе. Способ знакомства был ей слишком хорошо известен, чтобы испугаться.

— На вашем месте я бы сначала представилась, — сказала она с прохладцей. — Кто вы такой?

— Меня зовут Фрэнк Свит, — по его тону было ясно, что ей должно быть знакомо это имя. Она посмотрела на него невидящим взглядом, и, поразмыслив, ему пришлось достать визитную карточку.

Диана зажала ее в руке.

— Консультант по юридическим вопросам, — прочитала Диана вслух. — Николсонов нет дома. Вам следовало бы позвонить.

— Я предупредил, что могу заехать. Вам разве ничего не сказали?

— Мне — нет. А вас не предупредили, что никого не будет дома?

Его тонкие губы расползлись в неожиданной улыбке.

— Мисс Рид, вам нравится такой стиль общения, не так ли?

Улыбка настолько ему шла, что Диане пришлось изменить свое мнение: он не был таким уж старым. Что-то около сорока.

Седые волосы он чересчур длинно отпустил, это верно, но еще хуже были усы. Критическим взором она оглядела это лицо и нашла бледную полоску над верхней губой совершенно излишней.

— Ну-ка, расскажите, зачем вы здесь, господин… — она намеренно сделала паузу и еще раз сверилась с карточкой. — …Свит. Вам придется меня извинить. Николсоны не уполномочили меня вести свои дела, и, стало быть, нам с вами говорить не о чем."

"Он сдвинул брови.