Когда исчезнет эхо

Мне казалось, что я никогда никому не смогу снова поверить, но мне встретился твой отец, и все стало хорошо, как в сказке. Про королевича и королевишну. А в детстве… Я была простой деревенской девчонкой… Бегала босая, потому что все тут тогда так ходили. Пила коровье молоко, ела кашу и картошку, а не креветки с рукколой. И моря я никогда не видела. Когда Джованни впервые привез меня в Портофино, я целый час смотрела на море как завороженная. А потом еще долго ходила к нему, как на свидание. Гладила, разговаривала с ним.

— Сельпо? Это что?"

"— Это сельский магазин, если точно, сельское потребительское общество. Не спрашивай меня, что это такое, Ниточка, мне все равно тебе не объяснить, я слишком давно отсюда уехала.

Отчего-то глаза у нее стали грустными, и Вероника всполошилась, кинулась веселить маму, чтобы та не печалилась и не грустила, налила им обеим по второму бокалу вина, терпкого, немного пахнущего итальянским солнцем, пропитавшим виноградные гроздья. Солнце медленно начинало опускаться за реку, величавую, быструю, уверенную в себе реку, так непохожую на море, на берегу которого Вероника выросла, но все же красивую.

Послышался звонок в калитку, Вероника подошла к висящему на стене домофону, посмотрела в экран — на нем отражалась Юлия, в шортах, футболке и отчего-то босая. Вероника тут же вспомнила, как мама говорила, что в ее детстве было так принято — бегать летом без обуви. Она нажала кнопку и открыла калитку.

— Добрый вечер, Юля! — радостно закричала Вероника. — Здорово, что вы решили к нам зайти. Я как раз рассказывала маме, как мы с вами провели день.

— Вероника, Джемма, — быстро, чуть запыхавшись, заговорила Юлия. — У нас в деревне, похоже, беда. Игорь Петрович пропал. Это мой сосед, неприятный такой. Вы его вчера видели.

— Что, так и не вернулся с рыбалки? — саркастически спросила Вероника. — И это повод поднимать такой шум? Он же, скорее всего, пошел в гости к кому-нибудь из деревенских мужчин, и они там выпивают.