Когда исчезнет эхо

— Так вот о каких привидениях говорил Ракитин, когда дом мне продавал! Я-то думала, он узнал вас, Джемма, и решил, что ему привиделся призрак его давно утонувшей племянницы, а оказывается, Виктор пугал его совсем другим призраком — Митькиным. Гришка и правда похож на него.

— Так, и что было дальше?

— Ну дальше старик дом продал и переехал, а тут поселились вы. А мне понравилось, и я стал сюда ходить, чтобы посмотреть, вдруг вас тоже получится напугать. Но потом я не стал. Передумал.

— Почему?

— Потому что вы добрая! — выпалил Гришка.

— В отличие от Ракитина, не испугался, значит? — усмехнулся Олег.

— Не испугался, — согласился мальчик.

— Ну а потом? Я же видела, что тебя Виктор тоже ругал, у колодца? — напомнила Юля.

— Да дядя Игорь так орал, что Виктор услышал и понял, что я без спроса в грушинский огород полез. И наругался на меня. Дал еще тысячу рублей и запретил по дворам ходить без дела. Сказал, что буду лезть во все дыры, еще и утопят, как кутенка. Но я не забоялся, просто перестал по дворам шнырять. Нельзя, значит, нельзя. Вот только двух тысяч на велосипед все равно не хватило, — уныло завершил свой рассказ мальчик.

— Ладно, беги домой. — Олег развернул парнишку лицом к воротам и легонько хлопнул по попе.

— Ну что ж, теперь мы знаем, почему ваш дядя продал мне свой дом и почему он сделал это в такой спешке, — сказала Юля Джемме. — Виктор, видимо, услышал о событиях тридцатилетней давности от своего отца, этого вашего Вадима.

— Он не мой, — с легкой улыбкой сказала Джемма, — и, к счастью, этот факт давно уже не причиняет мне боли. Он Катькин.

— Виктор приехал в Сазоново, снял комнату у Ольги Прокопьевны, причем, скорее всего, не случайно — знал, что она Митькина сестра.

— Зачем? — подала голос Вероника. — Какой смысл в том, чтобы его напугать? Если за столько лет он нашел спрятанный мамой клад, то, значит, давно его продал. А если не нашел, значит, не знает, где его искать.