Кофейня мадам Мирабель (СИ)

Верни завещание, и я уйду, - миролюбиво произнесла, тем не менее, борясь с внутренней дрожью и яростью. Боюсь, еще минута в обществе этого лицемера, и я внезапно… стану вдовой.

- Не так быстро, любовь моя. Для начала обсудим условия обмена.

- Обмена?

- Верно. Что я получу взамен? – Красавец-герцог усмехнулся.

Склонив голову на бок, я только сейчас заметила на нём темные брюки и расстегнутую на все пуговицы сорочку. Веймаер был чертовски хорош собой. Дерзкий, необузданный, с жарким взглядом. По его голой груди скользили золотистые блики света.

- А чего ты хочешь, Йен?

- Самую малость. Одну ночь с тобой, Мирабель.

- Прости? – Я с прищуром уставилась в мужское лицо, впрочем, прекрасно понимая, куда он клонит.

- Одна совместная ночь. Только на этих условиях я верну тебе завещание."

"Гхм. Следовало с самого начала догадаться, к чему был затеян цирк с появлением городского чиновника. Герцог банально желает унизить строптивую беглянку-жену, затащив ее в постель.

- А не многовато ли просишь за клочок старой бумаги, милый?

- Цена озвучена, - с наглой улыбкой протянул Веймаер. – Или принимай, или уходи.

Стоит один раз поддаться его условиям, дать слабину и я тотчас угожу в ловушку, из которой уже не выберусь.

- Ладно, прощай.

- Бе…ель, перестань, - прохрипел довольный собственной дерзостью мужчина, поднялся с дивана и решительно направился ко мне. – Всего одна ночь. И кофейня станет твоей.

- Нет.

- В таком случае через две недели ты потеряешь тёткино заведение. Оно отойдет королевству, а ты, без денег, крыши над головой и с огромными долгами останешься на улице.

- Вот чего все эти недели ты упорно добиваешься, - хмыкнула, пятясь от наступающего Веймаера.

- А ты думала, позволю тебе растоптать свою репутацию? Заключив со мной пари, ты допустила большую ошибку.

- Серьезно? – Вскинув бровь, скользнула взором по обнаженному мужскому торсу.

- Я не проигрываю, Бель, - оскалился он в победной усмешке. – Пари останется за мной. И ты – тоже. Всё закончится постелью, любимая. Так или иначе, ты вернешься в семью.

Продолжать разговор с властным деспотом, возомнившим Мирабель безвольной игрушкой, я больше смысла не видела. Йен давно переступил все рамки приличия, продемонстрировал – на какие низости способен.