Убежище

Возможно, тогда бы мышление Кая изменилось и он стал бы более сговорчивым?

Я тут же отбросила эту мысль: ни за что не покажусь на людях в черном топе-халтер с прозрачной длинной юбкой, под которой были видны трусики. Она даже пыталась впарить мне каблуки, черт бы ее побрал.

Сорвав все с себя, я порылась в ящиках Кая и нашла спортивные боксеры. Надев их, позаимствовала из его гардеробной свежую белую рубашку. Я позволила Алекс сделать мне легкий макияж – немного подводки, туши и помады, но волосы оставила растрепанными, объяснив, что это больше подойдет милому образу а-ля «только что выползла из постели».

По крайней мере, я выглядела скромнее, чем она в своих крохотных шелковых шортиках с кружевной отделкой и корсете в тонкую полоску. Я могла бы надеть что-то подобное, только если бы рядом не было ни единой души.

– Идем. – Алекс потянула меня за руку.

Выйдя в коридор, мы оказались в полной темноте, и я опешила. Вместо ламп повсюду горели свечи, расставленные в подсвечниках на маленьких столиках вдоль стен. Снизу доносилась музыка, послышался дверной звонок, смех, приглушенные разговоры, стук каблуков и звон бокалов.

Мы направились к лестнице. Едва достигнув верхней ступеньки, я увидела толпу гостей, среди которых узнала бывших одноклассников Дэймона из Тандер-Бэй, игроков «Шторма» – команды, за которую играл Майкл.

– Мне не нравится… – Я отпустила руку Алекс. – Не уверена, что придусь там к месту. Все эти люди, они…

Я не знала, как объяснить то, что ощущаю. Я была в более или менее привычной одежде, к тому же я бегала по «Понтифику» в боксерах столько лет назад, но сейчас…

Только посмотрите на всех этих женщин в шикарном белье – сексуальных, загорелых, красивых! Я не горела желанием так одеваться и в то же время чувствовала, что не впишусь в их компанию со своим внешним видом.

Я сделала шаг назад. Уж лучше остаться и исследовать остальные части дома. Уверена, здесь найдутся десятки комнат и чердак. Не говоря уже о том, что, если в кабинете имелся потайной ход, может, где-то скрывались и другие. Что угодно, лишь бы не идти на вечеринку.