Убежище

Бабушка и дедушка до сих пор ни разу не встречались со мной.

– «Как ты могла растратить деньги? – повторил я слова отца, изображая его строгий тон. – Если моя семья не может позволить себе стейк, значит, я тоже его есть не буду!». Но мать ответила: «Стейк – это блюдо для важных людей», ведь ей хотелось напомнить отцу, что он – важный человек.

Посмотрев Бэнкс в глаза, я заставил себя улыбнуться.

– В итоге он стал великим человеком, и теперь мы можем позволить себе стейки, когда вздумается, – подытожил я, опустив глаза, и пробормотал себе под нос, рассеянно отодвинув тарелку: – И мне для этого даже не обязательно быть важным.

Я не был важным человеком. Пока.

Отец работал не покладая рук, чтобы дать матери все, чем она пожертвовала, выбрав его, и как я отплатил ему? Вел себя как скотина, разъезжал на машинах, за которые платил он, и ел все, что хотел, наплевав на цены. Я ни черта не заслужил.

В тени отцовских достижений я был ничтожеством.

Стараясь хоть чего-то добиться самостоятельно, я использовал свой трастовый фонд, когда вышел на свободу в прошлом году, инвестировав большую часть в различные проекты, но ярлык преступника по-прежнему висел на мне тяжелым бременем.

В глазах начало печь, и я моргнул, посмотрев в сторону. Я не был достоин места за этим столом, не говоря уже о праве есть гребаное мясо, купленное им.

Вдруг я заметил, что девушка шевельнулась. Подняв взгляд, увидел, как она развернула салфетку, взяла вилку с ножом, аккуратно отрезала кусочек стейка и робко положила его в рот.

Медленно пережевывая, Бэнкс внезапно зажмурилась и накрыла губы ладонью.

Мое тело окутало теплом, и я тихо спросил:

– Вкусно?

Она открыла глаза и кивнула, издав едва слышный стон удовольствия.

Мои плечи расслабились. Наблюдая за тем, как Бэнкс отрезала еще один кусочек, на сей раз быстрее, я улыбнулся.

Мама готовила фантастический домашний маринад, но и я умел правильно жарить мясо.

Посмотрев на свою тарелку, снова придвинул ее к себе и поднял столовые приборы.

– Что ж, я рад, что смог переубедить тебя насчет стейка, – заметил я, принявшись за собственную порцию.

Девушка вздохнула.

– На самом деле я никогда не пробовала стейк.

Очередной кусок нежного, сочного мяса подействовал на мои вкусовые рецепторы словно наркотик.

– Никогда?

Она пожала плечами и отвела взгляд.

– Что ты обычно ешь?

Не прерываясь ни на секунду, Бэнкс продолжила резать свой стейк.