Кодекс Крови. Книга ХVII

Кажется, он решил, что последние слова ему послышались.

— Кровь заглотила наживку. Она готова впустить меня в свой мир в обмен на выставление моей кандидатуры в Высшие от её фракции. Мы уничтожим её раз и навсегда, — закончил Саптама, и в его голосе не было ни сомнения, ни жалости.

Творец замер. Потом рассмеялся — низко, глухо, как землетрясение перед извержением.

— Ты коварен.

— Увы, но нет, — Саптама покачал головой. — Вы только не убейте меня, когда до вас дойдут слухи об измене мною фракции.

Творец нахмурился.

Свет вокруг него сгустился, превратившись в клубящиеся молнии.

— Что за слухи?

Саптама вздохнул, как человек, вынужденный объяснять очевидное.

— Причина моего исхода — ваш жесткий контроль и запрет на свободу творчества.

Тишина сменилась гомерическим хохотом, сотрясающим реальность.

— Самая лучшая ложь — это правда, не так ли, Саптама?

Ученый лишь склонил голову, но в его глазах вспыхнуло что-то опасное.

— Только если ты не добудешь мне этот мир… — Творец поднял руку, и пространство вокруг них исказилось, — … я же могу и проверить твои слова на правдивость.

В воздухе запахло гарью, но Саптама не отступил."

"— Проверяйте. На всё воля Ваша.

Лаборатория вернулась. Пробирки, свет, пульсирующие сферы. Только теперь в углу, на алой мантии, лежавшей на софе, тлела дымящаяся дыра. Будто её на мгновение прожег взгляд Творца.

Саптама посмотрел на неё, потом на свои эксперименты.

«Добуду новую».

И продолжил работу.

Глава 18

К сестре на изнанку мы отправились двумя семьями.

Мы хотели немного отдохнуть вместе, а Тиль с Эоном собирались посмотреть океан для возможного постоянно проживания семьи. Пока дети жили в Сашари под присмотром Райо, но Тильде не нравилась слишком большая разница в скорости течения времени. Малыши не хотели расти значительно быстрее Юрдана. Поэтому пришлось подыскивать альтернативные варианты. Среди них были изнанка сестры и Восьмиречье.

Изнанка встречала нас спокойной жизнью, на полях уже собирали виноград. Здесь в уникальном климате урожай снимали три раза в год, что в своё время и стало основой богатства рода Виноградовых.

Кроме сельхозработ кипели и строительные. В Виноградовке возводили сразу целую улицу. Все встреченные нами кивали и приветливо улыбались сестре. Кроме того, стоило Киране появиться на изнанке, неизвестно откуда появлялось белоснежной пушистое море и требовало тепла и ласки. Бесят Тильды очень скоро потеряли среди пушистых жителей изнанки сестры.