Кодекс Крови. Книга ХVI

«Я пока отнесу эту дрянь на место применения, а вы мне соберите по одному кровному родственнику на каждого члена отрядов, если такие существуют. Я постараюсь через кровь родных их отыскать и открыть порталы для возвращения домой. Только действовать нужно быстро. Эта дрянь цистерну разъедает на глазах».

«Сделаем!» — коротко ответила сестра.

Я же пока открывал портал на бывшее побережье океана, нынче превратившееся в безжизненную пустыню, готовую убить любого, высушив до состояния мумии. Здесь было жарче, чем в жерле готового извергнуться вулкана.

Жаркий воздух опалял ноздри, спирая дыхание.

Бывшее дно океана не было однородно ровным, как я себе представлял. Неровная поверхность имела острые края и трещины, словно гигантская черная кожа, потрескавшаяся от времени. В некоторых местах чёрное вещество застыло причудливыми волнами, создавая ощущение, будто время остановилось в момент его движения.

Здесь не было ни звуков, ни движения. Сколько доставало взгляда, не было видно ни растений, ни животных. Вокруг царствовала тишина, нарушаемая редкими порывами ветра, который шелестел не то песком, не то пеплом, словно напоминая о том, что когда-то здесь кипела жизнь.

Я оставил цистерну, привалив к одному из громоздких валунов. Порыв ветра ей был не страшен, но дополнительная точка опоры никогда не бывала лишней.

К сестре я вернулся в человеческом облике, чтобы не пугать людей. Местные, конечно, повидали всякого, но и меру нужно было знать.

В кабинете Кираны меня уже ждало столпотворение. Причем, как я понял, это были далеко не все кандидаты.

Часть ещё дисциплинированно ожидала своей очереди в коридоре. Оставалось надеяться, что мне удастся обойтись десятью добровольцами.

— В первую очередь идут родители, если таковые есть, или дети.

Ксандр кивнул и тут же прошёлся по очереди, выбирая из неё пять человек, которым с виду я не дал бы больше сорока лет. Первым ко мне подошел мужчина, припадавший на левую ногу, и повязкой на лице, закрывающей один глаз.

— Что нужно, чтобы помочь моему сыну? — голос добровольца был сух и твёрд.

Паники или испуга в его взгляде не наблюдалось, скорее, читалась решимость покончить с ритуалом и тем самым спасти жизнь своему ребёнку.

— Капля крови и ничего более.

Мужчина вынул из потертых кожаных ножен кинжал и полоснул себя по ладони, набирая полную горсть:

— Больше не меньше, — хмыкнул он, заметив мой удивлённый взгляд.

Я опустил пальцы в кровь, впитывая образцы, а затем, ориентируясь на них, разбросил поисковую сеть.