Кодекс Крови. Книга ХIII

— А то мы не семья? Да и дел там на один день! По дороге домой управимся! — поддержала младшую Блэйр, сплетая сестре в косу блондинистые волосы и надевая ей шляпку с вуалью. — Ты ещё на свои болота добраться не успеешь, а мы уже всё разузнаем. Спорим?

Старшая сестра протянула руку с вызовом в глазах.

— А спорим! — согласилась Агафья и подала руку.

Гризель разбила рукопожатие со словами:

— Кто проигрывает, становится следующей принимающей стороной для девичника!

— Не-е-ет! — хором обречённо протянули две старшие сестры, прекрасно осознавая, чем заканчиваются их посиделки.

— Да-а-а! — хихикнула Гризель. — Мне теперь даже интересно, чью следующую сокровищницу будем обносить: русского императора или британского?

Сёстры тепло распрощались, и Агафья растворилась в предрассветных тенях. Улыбки тут же сползли с лиц Блейр и Гризель.

— Нам тоже пора бы исчезнуть, — рыжая вампирша, собрала за собой пустые бутылки, — сейчас верну хозяевам инвентарь и можно уходить.

— Не спеши, — покачала головой Блейр, вынимая из ложбинки между грудей свёрнутую в несколько раз записку.

— Так и знала, что ты что-то откопала в кабинете. Что там?

— Приглашение на охоту от Висконти Борромео для главы рода дель Ува.

Гризель бегло ознакомилась с содержанием и нахмурилась:

— Это нехорошо.

— Вот именно, похоже, наша итальянская командировка несколько затянется. Придётся наведаться ещё и в Мантую, — брюнетка уничтожила записку.

— Может, это и не та охота? — с надеждой посмотрела на сестру Гризель.

— Сомневаюсь, — старшая сестра ещё застала период итальянской «загонной охоты», — два сильнейших рода Пьемонта лишь единожды объединялись на совместной охоте. И это была охота на магов крови.

Глава 20

Кречет пылал от бессильной злобы, взлетая всё выше в небеса. Только здесь он мог подумать без ограничений и отвлечения. Такая комбинация, столько усилий, столько ложных клятв, и всё зря! Этот идиот подставился под Виноградовых и Комариных.

«А Виноград-то тоже скотина! — в ярости падал с небес Кречет, раскрывая крылья у самой земли, чтобы взмыть в небо.