Книжный магазинчик ведьмы

Возле двери аккуратно расположились несколько пар ботинок и туфель, а в спальне, дальше по коридору, виднелась аккуратно заправленная кровать, на которой лежали темно-синие брюки в ожидании, когда их наденут.

Если этот мужчина и захватил территорию, то устроился он очень удобно.

– Моя квартира, – поправил он, указывая на себя, будто счел незваную гостью в моем лице немного глупой. Если он принял меня за грабительницу, то проявил уже и так достаточно терпения, пытаясь убедить меня уйти мирно.

– Кто ты? – резко спросила я.

На его лице медленно отразилось осознание, и он кивнул.

– Фиби.

– Да. Но это мне и так известно.

– Можешь дать мне минутку, чтобы?.. Ну, ты понимаешь, – мужчина жестом указал на полотенце у себя на талии. Что бы здесь ни происходило, он, вероятно, не вломился в дом силой, так что просьба позволить ему одеться казалась вполне разумной.

– Да, о боже, извини.

Он улыбнулся одной из тех кривых ухмылок, благодаря которой на время стал напоминать подростка, задумавшего недоброе. И затронул тот уголок моей памяти, до которого я не могла дотянуться. Мое сердце затрепетало, но я не понимала причины. Мужчина прошел по коридору в спальню и закрыл дверь. Спустя минуту он вышел в великолепно пошитых темных брюках и белоснежной рубашке, на ходу продолжая застегивать пуговицы на манжетах.

"– Давай присядем на кухне? – Не дожидаясь моего согласия, незнакомец прошел через гостиную в небольшую ослепительно белую кухню с новой техникой и несколькими открытками на холодильнике, но без особых украшений. Под полукруглой стойкой стояли два табурета, я выдвинула один из них, а мужчина обошел с другой стороны и, прислонившись к стойке, провел пальцами по влажным волосам, пока они не приняли нужную форму.

Его красота только сильнее распаляла мою злость.

Мне следовало выяснять, почему он оказался в этой квартире, но вместо этого я с нетерпением ждала, когда мужчина скажет, кто он такой. Я выжидающе смотрела на него, словно могла ментально ускорить его ответ.

– Мы действительно знаем друг друга. Прошло около двадцати лет с тех пор, как мы стали слишком крутыми, чтобы проводить лето вместе, но в десять или одиннадцать мы были неразлучны. Я не сразу тебя узнал… Вполне естественно: ты выросла.