Книжный магазинчик ведьмы

Юдора даже помогла ему встать на ноги, когда тот вышел на свободу. – Оуэн покачал головой, то ли для того чтобы стряхнуть влагу с глаз, то ли потому что не мог поверить, что Юдора способна была поддерживать бывшего заключенного. – Сын Джорджа сказал, что ждал ее кончины потому, что она проявила к нему доброту, но он хотел вернуть имущество своего отца. Заявил, что наследство это его по праву. Я не согласился.

Я – тоже, но также я не думала, что оно должно достаться Оуэну, который, по моим подозрениям, преследовал не самые благородные цели, желая заполучить весь доход от аренды.

– Но зачем его убивать?

– В конечном счете он не вытерпел. Мы были уверены, что документы находятся в доме Юдоры – она ни за что не стала бы хранить их в магазине, – но Карл настаивал на обратном. Говорил, что если мы ему не поможем, то он пойдет искать сам. Я решил, что он подвергает нас слишком большому риску, и, если собирается вести себя подобным образом, мы не можем верить его обещанию поделиться, когда он получит документы.

– Мы?

Он продолжал говорить «мы», и логически я понимала, что Оуэн имеет в виду Дейрдре, но мне хотелось услышать, как он это произнесет, чтобы подтвердить то, о чем я догадывалась все это время.

– Дейрдре не знает, что я сделал с Карлом. По-моему, она даже не в курсе, что он связан с документами. Она понятия не имела, что у Джорджа есть сын, однако моя семья знала Буллоков. Я помнил про его отпрыска, поэтому не удивился, когда Карл появился на этой неделе, вынюхивая неподалеку.

Во-первых, меня оскорбляло сравнение с Дейрдре Миллер в любом контексте. Во-вторых, все, что он мне рассказывал, помогло соединить оставшиеся детали в одну картину.

– Люди заметят мое исчезновение, Оуэн.

– Жаль, что по Рейвен Крик разгуливает убийца, не правда ли? Бедная Фиби Винчестер покинула нас до того, как мы успели ее узнать. Через неделю твоя история превратится лишь в поучительную сказочку, а когда я закрою дурацкий книжный магазин, никто и не вспомнит ни о тебе, ни о твоей семье.