Книга белой смерти

– А скажу я тебе вот что: если хочешь получить выходное пособие, окажи мне любезность, когда будешь уходить отсюда, – пригласи сюда Кевина.

– Какого Кевина? – Вик вопросительно поднял брови. – Магони?

– Да нет же – кто такой Кевин Магони, твою мать?

– Кевин Магони, из киностудии «Лайтхаус»…

– Нет, я не хочу… – Джерри уже был взбешен. По его жилам разливалась клокочущая магма. Ему захотелось схватить Вика за горло и придушить так, чтобы изо рта вывалился посиневший язык, а глаза лопнули, словно виноградины. – Кевина, позови сюда Кевина.

– Кто такой Кевин?

– Мой чертов зять!

Вик молчал. Словно получив пощечину.

– В чем дело? – не выдержал Джерри.

– Твоего зятя зовут Кеннет.

– Ну… – Внезапно Джерри занервничал. Это правда? Это не могло быть правдой. – Пришли его сюда! – с пеной у рта проревел он. – Пришли Кевина! Или Кеннета! Блин! После чего убирайся отсюда!

ДВУМЯ МЕСЯЦАМИ РАНЬШЕ

Роли, штат Северная Каролина

Джерри был у себя дома, потягивал бурбон на веранде своего особняка в духе жилья рабовладельцев-плантаторов, когда появился Вик.

– Кто тебя впустил? – спросил он насмешливо, притворяясь, будто ему нет до этого никакого дела.

– Меня впустила Сьюзен, Джерри, – сказал Вик.

Сьюзен. Жена Джерри.

– Чушь! Я же сказал тебе отдать свой ключ.

– Я отдал тебе свой ключ.

– Значит, ты изготовил дубликат.

– Джерри, твое поведение стало странным.

– Ви-и-и-и-и-ик, – насмешливым тоном, подвывая, произнес Джерри. – Ты уволен. Тебе лучше убраться подобру-поздорову из моего дома, пока я не вызвал полицию.

– В последнее время ты часто вызываешь полицию.

– Ко мне в дом… кто-то залезал.

– Правда? Полиция никого не нашла.

– Может быть, это был ты? – Джерри презрительно усмехнулся.

– Как скажешь, Джерри. Послушай, меня пригласил на работу совет директоров…

Совет директоров связался с этим заносчивым мерзавцем? «Впрочем, этого следовало ожидать», – подумал Джерри.

"– Передай им, пусть ни о чем не беспокоятся. У меня всё под контролем. Проект «Гарлин гарденс» идет полным ходом вперед.

– Идет, однако твоей заслуги в этом нет. Ты пропустил совещание в Сомервилле. В Берлине ты появился, но на середине смылся, заявив, что тебе – как ты сказал? – «все надоело».