Князья Эльдорадо

Еще один залп: «тррах-тах-тах», бухнули берданки, сметая все на своем пути.

Никита Тверской подал команду: «В атаку!», – и его подопечные, побросав винтовки, схватились за короткие абордажные сабли и боевые топоры. Многие в другой руке держали револьверы.

Многоголосное ура раздавалось в воздухе, причем что интересно – орали на русском языке, хотя в команде абордажников представителей Московии, кроме командира, не было.

Вместе с первой волной атакующих метнулся и Кошкин. Мачо кинулся в атаку в районе кормы. Шведы сдаваться не собирались, невзирая на большие потери – погибло не менее трети экипажа, – и с ревом бросились на противника.

"На палубе закипела жестокая схватка. Звон железа, перемежаемый револьверными выстрелами, раздавался на фоне крика и проклятий. С первых секунд Кошкин почувствовал небывалый приток адреналина и необычайную легкость организма. Приземлившись с двухметровой высоты, а борт пиратского судна оказался гораздо ниже их борта, экс-майор на миг лишился дара речи. Из стоявшей напротив него толпы пиратов с мушкетами наготове раздался залп.

Тело тренированно рухнуло оземь, а затем начались чудеса – через минуту-другую дула мушкетов полыхнули огнем, и из них, словно ленивые шмели, нехотя вылетели пули. Они двигались столь медленно, что у майора хватило времени сообразить – его скорость передвижения на порядок больше, чем у остального народа. Поднырнув под стайку свинца, Кошкин чиркал саблей по шеям пиратов, ощущая себя мухой в киселе.

Воздух стал упругим и вязким. Собственно, вся схватка длилась не более пяти минут реального времени.

Из команды «России» погибло семь человек и было пятнадцать раненых. Кошкин получил легкий ожог правой кисти, впрочем, как и Мачо. Пленных решили отпустить, посадили в шлюпки и отправили к острову. После досмотра пиратское судно затопили, взорвав крюйт-камеры.

Приняв душ и переодевшись, друзья встретились в кают-компании за рюмкой водки.

Встав, налопались от души и снова на боковую. Окончательно пришли в себя лишь на третий день.