Князья Эльдорадо

Анна о чем-то задушевно беседовала с матерью; клевавшего носом и осоловевшего от еды Пауля слуга отвел почивать в приготовленные гостевые комнаты; пани Ядвига Чацкая сердито уставилась в потолок, поджав красивые, капризные губки; Юсупов сцепился языком с капитаном Ван де Хостом, прерываясь только для очередного кубка.

– Скучаете, пани Ядвига? Отведайте мальвазии. На Илью не обращайте внимания. К сожалению, дела у него на первом месте. Выпьем?

– С удовольствием! Вы такой интересный мужчина.

Выпили. Маленькие породистые ушки прекрасной полячки слегка порозовели.

– Ваша юная жена не станет ревновать?

Иван беспечно пожал плечами:

– Без повода, с чего ради?

Ядвига лукаво улыбнулась.

– А если мы ненадолго удалимся для сладкого амура? – она одарила Кошкина столь откровенным и призывным взглядом, что тот тихонько охнул.

– О, холера ясная. Изменить жене в первые часы свадьбы – нет, это верх цинизма. Пардон, мадам, я люблю свою жену и останусь верен ей до самой березки.

– Матка Боска, сколько пафоса, – звонко рассмеялась полячка. – Надеюсь, это не последняя наша встреча, – и сероглазая ведьмочка, натурально облизнувшись, озорно подмигнула.

Кошкин от греха подальше ретировался поближе к Анне. Жена незамедлительно впилась остренькими коготками в его ладонь:"

"– Признавайся как на духу, небось измену чинишь с польской вертихвосткой? Я девушка не ревнивая, но ужасная собственница, имей в виду, твоих любовниц буду отстреливать беспощадно.

– Что ты, Анечка, какие на фиг любовницы? Потом скривившись от своего непривычного сиропного тона, спросил нормальным голосом:

– Милая, всех стрельнешь, а почему меня в живых оставишь?

Красавица закатила глаза:

– Неужели не понятно? Во-первых, я тебя люблю.

– Правда?

– Правда, не сбивай с мысли, – и ткнула его кулачком в бок.

Закончила разговор чисто по-женски:

– Отстань от меня со своими амурными похождениями, обними и расскажи, как ты меня любишь и какая я прекрасная и хорошая.

Облегченно вздохнув, Кошкин ближайшие двадцать минут посвятил обожаемому созданию, мысленно отметив: «Слава Богу, любимая жена не стерва, те в данной ситуации ведут себя совершенно иначе».