Княжий посол

В середке купеческий голова поедет с приказчиками.

– А его самого недолго ждать? – озаботился Будим.

И впрямь, где наниматель-то?

– Вон он в конюшне, на коня пытается влезть, а ты, Будим, иди первым, коль так торопишься.

Новгородец только кивнул, соглашаясь; первым пробовать на глубину лужи и снег киевской слякоти особая почесть.

– А к кому идем-то на встречу? – осторожно спросил Данила.

– А тебе не все ли равно? – с усмешкой ответил Скорохват и тут же добавил уверенно: – Не переживай, торговых гостей боярина Серегея не будет.

Да, Молодцову было не все равно, имелся у него один заочный конфликт с крутым местным боярином Серегеем. Приказчики этого боярина, в самом начале приключений Молодцова, продали его как негодного раба варягам для жертвоприношения.

Данила, понятно, сбежал, но затаил крепкую обиду на этого боярина, который к тому же оказался христианином. Прошлой осенью Молодцову даже удалось поговорить с тем самым, что его продал приказчикам, с помощью варягов. Он, конечно, соблюл все предосторожности, чтобы этот жирный урод его не узнал, но как наказать купчишку, так и не придумал.

Сам боярин Серегей наверняка расхохотался, когда услышал эту угрозу, если приказчик ему ее вообще передал, а не решил притвориться, что ничего не было.

В итоге наплодил врагов Данила и решил про все забыть. У него своих забот полно, так что боярин Серегей отошел на самый дальний план. Лишь бы из-за своего длинного языка проблем не нажить себе и ватаге.

Клиент обережников, наконец, справился со стременами и седлом и важно выехал из конюшни.

Переговоры прошли обыденно, кому-то они могли даже показаться скучными. Ни драк, ни наездов с понтами, ни девок и выпивки, одна торговля; кроме того, разговор шел сплошь на специфических терминах, в которых Данила мало что смыслил. Вроде:

«Столько-то ногат отдаю за осьмушку китового жира».