Ты для меня?

Герман воспринял отсутствие реакции по-своему —  стиснул дрожащей пятерней ее подбородок, вынуждая смотреть в глаза.

— Услышь, пожалуйста. Ты —  моя любовь! Понимаешь? Да, запретная. Да, с*ка, грешная. Да, больная. Но, любо…

Договорить ему не позволила —  сердце неистово рвалось из груди от его слов —  просто заткнула рот опешившего мужчины жадным собственническим поцелуем.

Прошлое не в счет! Нужно быть мудрее…

— Не трать силы, — загадочно улыбнулась, медленно отстраняясь, — ночью будешь извиняться! Да так, чтобы меня было слышно в радиусе трех километров.

Девушка специально говорила громко, чтобы Роман Сергеевич раз и навсегда понял, кто ее мужчина.

— Принято, Мелкая! —  Хищно оскалился.

— Ой! —  Воскликнула вдруг Регина, привлекая к себе внимание. —  Простите, что прерываю. Так неловко...Забыла совсем! Сюрприз! Лера, беги скорее в свой кабинет. Тебя там кое-кто ожидает…уже больше часа!

Кто?

Сюрпризы она любила, а потому и помчалась со всех ног. Не разбирая дороги.

Уже закрывая за собой дверь, отчетливо услышала характерный глухой звук...похожий на удар.

И хруст, вперемешку с отборным матом Антипова.

Вот, дела...кажется, кому-то в эту самую секунду сломали нос!

Глава 49

Оказавшись внутри, Лера крепко зажмурилась. Облегченный вздох сорвался с губ. Далее присутствовать при «милой беседе» закадычных друзей особого желания не возникало. Пусть хоть все зубы друг другу выбьют.

Сами кашу заварили, сами и разберутся. Без ее участия.

Тем более, будучи относительно приличной девушкой, повода Антипову никогда не давала.

Она медленно прислонилась лбом к дверному полотну, стараясь усмирить разбушевавшийся пульс. Однако у судьбы, очевидно, были на нее другие планы —  едва сердце из груди ни выскочило, когда кто-то беззвучно приблизился со спины, и настойчиво дернул за подол юбки. Стремительно развернулась, чудом удержавшись от испуганного вопля.

— Ты что…тоже устала? —  Карие глазенки-пуговки с толикой грусти, но абсолютным обожанием взирали на нее снизу вверх.

Внутри все сжалось до предела, защемило от затопившей душу нежности.

— Эй! Кто это у нас тут? —  Проворно опустилась пред ним на корточки. Поспешно обняв, смачно расцеловала смеющегося ребенка. —  Маленький мой…ты что здесь делаешь?

Один?

Мальчуган гордо расправил плечики:"

"— …обещала привезти меня к тебе, если я все вытерплю…и не стану бояться. Я не боялся. И не баловался.