Княжество Орловское. Война. (Год страха 2)

"

"Чем дольше я жил в этом государстве, тем больше нюансов мне становилось известно. В интернате среди первокурсников никто и понятия не имел о существовании людей, недовольных властью князя Орлова. И мало того недовольных, так еще и активно мешающих этой самой власти. А сейчас, послушав солдат, я, например, узнал, что не далее, как месяц назад произошло крупное нападение на обоз с провиантом. Атаку отбили, но без потерь не обошлось.

Найти и уничтожить всех повстанцев по каким-то причинам не удавалось.

Тем не менее, нельзя сказать, что власть вообще ничего не делала. Периодически то один, то другой человек попадал на виселицу, уличенный в связях с повстанческими отрядами. И если в городах поиском недовольных занималась полиция и княжий сыск, то в армии такую функцию взяла на себя контрразведка.

Почти вся почерпнутая информация была добыта Витьком. Шустрый и веселый пацан легко втирался в доверие к самым угрюмым солдатам, а худоба и жалостные глаза открывали двери даже на армейскую кухню, где сердобольные кухарки делились с ним едой и слухами. Паренек во всю пользовался подвешенным языком, чтобы разговорить окружающих, ну а вечером рассказывал мне и Берту все, что ему удалось узнать. Теперь же, после возвращения из рейда на контрабандистов, у нас появилась еще одна интересующая всех тема: Савелий Ершов.

Витьку я несколько раз повторил, чтобы он расспросы об этом человеке проводил крайне осторожно. Коль уж Мирон не желал, чтобы мы услышали не предназначенную для нас информацию, то незачем лишний раз дергать кота за хвост - может и укусить.

Впрочем, забегая вперед, все попытки разузнать об этом таинственном Ершове вскоре закончились безуспешно. Солдаты о нем не слышали, а офицеров мы спрашивать опасались.

Те четыре мешка, что мы приволокли на заставу, Мирон лично отнес полковнику. Дальнейшая судьба груза осталась неизвестна. По словам мужчины, одигост, как и прочая контрабанда, будет храниться на складах до прибытия особого отряда, который заберет все накопленное в столицу.

Из штаба Мирон вышел довольный и жизнерадостный.