Княжество Орловское. Война. (Год страха 2)

Дед с громким фырканьем плескался в озере, распугивая рыбу и окрестных птиц.

Судя по солнцу, рассвет едва-едва наступил. Разминая затекшее тело, я выбрался из палатки и с удивлением посмотрел на своего спутника. Пахом, для водных процедур разделся по пояс и оказалось, что за ветхой рубахой скрывается совсем не старческое тело. Куда-то пропала скованность, движения приобрели энергичность и плавность. Со спины теперь можно было дать Пахому лет сорок не более.

Свои наблюдения я оставил при себе. Хочет мой проводник казаться вдвое старше, чем есть на самом деле - без проблем.

- Тебе чего не спиться? - Пахом заметил мое присутствие и тут же принялся одеваться, выбравшись предварительно из озера.

- Больно громкий ты, дед. Поспишь тут с тобой.

- Доживешь до моих лет, еще не таким станешь.

Пахом опять ссутулился, и превратился в настоящего деда, однако я хорошо запомнил жилистое тело и кожу, практически лишенную морщин.

В течении дня мы так и не добрались до нужной деревни.

Куда лежал наш путь, я, если честно, не представлял. Видел, что двигаемся мы куда-то на восток, в сторону от границы с Каспием, но так как карту княжества наизусть не помнил, то судить мог только приблизительно.

Небольшая низина, окруженная со всех сторон холмами, открылась нам лишь на третий день пути.

Издали несколько десятков домов, что были раскиданы по всей маленькой долине, выглядели будто грибы, выросшие после дождя. Какой-то определенной структуры в их размещении я не заметил, скорее всего, жители строили себе жилища как придется - без генерального плана и распоряжения начальства. Лишь в центре деревни дома несколько расступались, образуя центральную площадь.

Неподалеку от жилых построек текла река, на берегу которой стирали одежду несколько женщин. Вокруг них, как стайка мелких рыбешек, крутилась ребятня. Дальше за рекой зеленели поля с взошедшими не так давно злаковыми, а с другой стороны деревни возле леса пряталось от дневной жары и палящего солнца стадо коров и коз.

- На месте, - довольно сказал Пахом. - Осталось только старосте тебя сдать и можно домой двигать.