Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Но вы-то взрослый человек!!! Неужели не ясно было к чему может привести ваше поведение? Вот стою сейчас и думаю, то ли вы такой лицемер, что готовы пожертвовать всем, ради власти, то ли просто глупец, который ради своей обиды пожертвовал всем.

— Тебе этого не понять…

— Наверное, тут вы правы. Мне вас действительно не понять. Я не готов ради той гордости, как понимаете её вы, ставить на кон всех близких мне людей, лить море крови, ставя на грань краха страну. Сколько крови этот мятеж уже стоил и сколько будет стоить?

— Тогда зачем ты пришёл?

— Да чтобы спасти тех, кого ещё можно, идиот ты!!! — Володя не выдержал и добавил ещё несколько слов по-русски.

Ульмар нахмурился, в глазах разгорелось пламя ярости… теперь понятно, почему всё так получилось с королём…

— И кого ты мне советуешь спасти? Артона?! Королевство?

— Сына, чёрт тебя раздери!!! — уже не выдержав, заорал Володя, добавив последнее на русском.

Ярость мгновенно потухла.

— Спасти сына?

— Ты же понимаешь, что его ждёт, если всё так продолжиться?

— А что его ждёт в ином случае?

— А что ждёт всю твою семью, герцог? Раньше тебя это не заботило. Неужели ты и в самом деле надеялся усидеть на троне в случае успеха? Ты же знаешь, сколько бы нашлось противников твоего восшествия на престол. Гражданская война в момент внешнего вторжения… какие шансы у тебя были удержать ситуацию? Какая участь ждала бы твою семью, когда тебя скинули? И что ожидаешь для них сейчас?

Герцог как-то сразу потух, ярость куда-то исчезла и он почти рухнул на кровать.

— Они тут не причём… Я буду просить короля…

— Тяжело будет просить за старшего, если всё продолжится так, как сейчас… Ладно, наверное, скрывать дальше будет слишком жестоко… Когда я соглашался на эту работёнку, — Володя скривился.

— Только не говори, что тебе не хотелось занять моё место…

— Мне и сейчас не хочется его занимать — слишком хлопотно. К сожалению в жизни часто происходит не так, как нам хочется. Иначе меня бы тут не было, а вы не поднимали бы мятеж. Выяснять ваши настоящие мотивы я не буду — не интересно. Да и Танзани, наверное, разберётся с этим и без меня. Так вот, когда я соглашался на это дело, я поставил Артону ряд условий.