Князь Путивльский. Том 1

Моя стояла внутри. Мне предлагали поселиться в Детинце, вместе с остальными князьями, но я решил быть со своими людьми. Предполагал, что последующие мои действия не всем понравятся. Дружинников сразу направил в лес на заготовку жердей на колья и рогатки. Никто не понимал, зачем они будут нужны, а я не говорил. Во-первых, все равно не поверят, что такое большое войско может проиграть каким-то там кочевникам: во-вторых, не хотел прослыть предсказателем, ясновидцем."

"Вечером я поехал в зарубский Детинец знакомиться с князьями Земли Русской, Великими и удельными.

Все они собрались в довольно просторной гриднице, рассчитанной не менее, чем на сотню пирующих. Столы были составлены буквой П. «Верхняя перекладина» находилась на помосте полуметровой высоты, так что сидевшие там возвышались над остальными пирующими. Это были три Великих князя, три Мстислава: Киевский, Черниговский и Галицкий. Первый сидел посередине, второй — справа от него, третий — слева. Мстислав Романович Киевский имел сразу два прозвища — Старый и Добрый. За первое ручаюсь. По меркам этой эпохи живет он слишком долго — лет шестьдесят, наверное. Волосы, усы, борода и даже брови полностью седые. Лицо одутловатое, с заплывшими глазами, будто пил беспробудно несколько дней. Наверное, проблемы с почками. Я не слышал, что он говорил Мстиславу Святославичу, потому что сидел далековато от них, но, судя по отстраненному выражению лица князя Черниговского, брюзжал. Мстиславу Мстиславовичу Галицкому было за сорок. Борода и усы обзавелись проседью. Кончик носа красный и постоянно шевелится, что вместе с настороженным выражением глаз создавало впечатление, будто князь все время принюхивается: не запахло ли жареным, не пора ли смываться? Почему-то мне сразу подумалось, что Мстислав Галицкий — хвастун. Может, потому, что имел прозвище Удачливый, хотя выигрывал только в сражениях с мелкими отрядами тевтонов, венгров, чуди, а в крупных он был всегда одним из, но причислял победу только себе. Рядом с ним занимал место его тесть Котянкан, Великий хан половцев. Этот постоянно улыбался, отчего его круглое лицо, поросшее жидкой седой бороденкой, превращалось в эллипс, приплюснутый сверху, и кивал головой, как китайский болванчик. Казалось, что он глуповат, но я был уверен, что Котянкан вертит своим зятем, как хочет. И не только им.

Справа от меня сидел Олег Святославич, князь Курский, мой «племянник», который был моложе меня всего на несколько лет.