Князь Барятинский 7. Воины света

Первые несколько мгновений казалось, что сейчас самолётик рухнет и развалится на части, как игрушечный. Но лётное поле становилось всё дальше и дальше.

Я начал убирать шасси. Сорок семь оборотов лебёдки, как по учебнику. Эта нехитрая, хотя и трудоёмкая процедура рассеяла внимание. Самолётом я управлял одной левой рукой и был слишком сосредоточен на том, чтобы всё делать правильно. И далеко не сразу — лишь когда шасси убралось полностью — осознал, что лечу.

Рёв и вой ветра, да синее небо — вот всё, что меня окружало.

Набрав высоту, я сделал разворот, слегка наклонив самолёт. Увидел далёкую землю, крохотные ангары — размером со спичечные коробки. Извилистая лента дороги, зелёные поля, холмы, рощи… Где-то вдалеке виднелись Летний дворец и корпуса Академии."

"А небо было бесконечно синим, бездонно-глубоким. И я засмеялся. Возможно, впервые за много лет вдруг ощутил себя свободным и счастливым. Пятнадцатилетний мальчишка цесаревич оказался полностью прав: именно этого чувства мне и не хватало.

Впрочем, моя эйфория длилась недолго, едва ли несколько минут. А потом я вдруг представил, как в эту безупречную синеву тянет извне свои чёрные щупальца Тьма из бездны. Как небо сереет, чернеет. Как весь этот мир обращается в кучку праха…

Я стиснул зубы. Ну уж нет, подруга. Не дождёшься! Не в мою смену.

* * *К Барятино мы подкатили за полтора часа до назначенного срока и, вопреки моим опасениям, скучно здесь никому не было. Надя исполняла роль хозяйки дома, Вова ей старательно помогал.

— Твоя сестра дружит с великой княжной, а её жених-автомеханик, недавно получивший дворянство, только что панибратски хлопнул по плечу великого князя, — прокомментировала увиденное Кристина.

— И почему мне слышится в твоём голосе упрёк? — спросил я.

Мы стояли в саду, не торопясь заходить в дом; день был хороший, даже воздух пах как-то по-особенному. А ведь всего лишь год назад… В каком запустении был этот сад, Господи…

Кристина грустно улыбнулась.

— Всё, что сделала за два года я — стала меньше общаться с матерью и больше — с отцом.