Князь Барятинский 7. Воины света

И теперь Витман, хмурый и молчаливый, самолично сидел за рулём своего служебного авто, а сзади, спереди и вокруг этого авто ехал эскорт. Впечатление и вправду было тягостным — как будто нас сопровождали на расстрел.

— Всё будет нормально, — сказал я, глядя в окно.

— Откуда у тебя такая уверенность? Пока что всё шло из рук вон плохо.

— Мы живы — раз.

— Это может быть ненадолго, — тут же возразила Кристина.

— Мы подтвердили личность Локонте — два, — продолжил я. — Больше того — император теперь знает правду.

— Рада за императора…

Я повернул голову и посмотрел на Кристину. Участливо спросил:

— Это Ментальная блокада на тебя так повлияла? До тебя действительно не доходит главное?

— Что? — пожала плечами она.

— Мы убили его. Локонте. Как политическую силу — прикончили! Понимаешь?

Кристина сперва нахмурилась, но потом лицо её будто осветилось.

— А ведь и правда… — прошептала она.

— Так что я бы не стал списывать сегодняшние события по статье «полный провал», — резюмировал я."

"— А я бы не стал так оптимистично смотреть в будущее, — ворчливо включился в разговор Витман, поворачивая направо. Поворотник ему пришлось включить сильно заранее — чтобы едущие впереди успели сообразить, куда нас сопровождать дальше. — Пусть политической силы у Юнга больше нет — но, тем не менее, он остаётся одним из сильнейших магов Российской Империи.

— Но зачем-то он всё же сидел во дворце, — возразил я. — Одна грубая сила — это хорошо. Но в комплекте с официальной властью…

— Я не спорю, что мы сегодня отсекли этому спруту несколько щупалец, — перебил Витман. — Я просто говорю, что праздновать победу пока рано.

Глава 8

Бездна

— А хотите ещё ложку дёгтя, Константин Александрович?

Витман сбросил скорость, объезжая огромную лужу. Чего-чего, а этого добра на дорогах Чёрного города хватало.

Я молча повёл плечами. Ложкой больше, ложкой меньше — уже без разницы.

— Всегда пожалуйста, — кивнул Витман. — Вы, Константин Александрович, разумеется, провели свою операцию очень тщательно, и в момент её проведения никто ни о чём не сумел бы догадаться.