Князь Барятинский 7. Воины света

Она, дождавшись наступления тишины, снова двинулась по комнате. Очень медленно, плавно, описывая перед собой ладонями круговые движения — словно ощупывала стены. Хотя на самом деле к ним не притрагивалась.

Скоро к движениям добавились слова. Мурашиха забормотала что-то себе под нос.

— Мне кажется, я впадаю в транс, — минут пять спустя прошептала мне на ухо Кристина. — Эта старуха на меня как-то странно действует.

Глава 4

Меченый Бездной

Мы втроём — я, Кристина и Витман — сидели в ряд на краю огромной кровати.

— Хотел бы пообещать, что не буду пользоваться твоим беспомощным состоянием, — отозвался я. — Но, увы, не могу. Сердцу не прикажешь. Тем более, что тут такая располагающая обстановка, — поднял глаза к зеркалу на потолке.

— Прекрати, — вспыхнула Кристина.

Сердито отодвинулась от меня. Ну, хотя бы в транс впадать перестала — уже хорошо. Откровенно говоря, меня и самого плавный речитатив Мурашихи, если не вводил в транс, то убаюкивал уж точно…

Когда к речитативу присоединился вдруг неожиданный звук.

Оглушенных, связанных охранников мы свалили в углу комнаты, чтобы были на глазах. «Мадам», дежурившую в холле, вырубать не стали — просто связали. Я присмотрелся в лежащим в углу и увидел, что у лица «мадам» трепещут рыжие локоны. Женщина сладко, безмятежно храпела.

— Может себе позволить, — с завистью пробормотал Витман. — Я бы, признаться, не отказался — так же.

Мы с Кристиной, переглянувшись, улыбнулись.

И в этот момент начало твориться что-то странное.

Мурашиху повело. Губы её продолжали бормотать заговор, ладони — двигаться, но сама она вдруг покачнулась и грузно осела на пол.

Комната наполнилась… чем-то странным. Не магией — магию я узнал бы. Чем-то незнакомым. Пугающим. Накатила вдруг тревожность — грозящая вот-вот перейти в панику. Я почувствовал непреодолимое желание бежать отсюда без оглядки.

Кристина обеими руками вцепилась в мой локоть.

— Костя, я боюсь, — эти слова я скорее почувствовал, чем услышал.

Мурашиха побледнела. Начала раскачиваться из стороны в сторону.

Глаза её закатились, тучное тело, опустившееся на колени, принялось наклоняться и выпрямляться — отбивая земные поклоны. Вокруг Мурашихи заклубились языки серого тумана. Знакомые и мне, и Кристине. Слишком хорошо знакомые!

— Изнанка! — крикнул я.

Бросился к Мурашихе. Страх, панический ужас подступал всё ближе.

Кристина завизжала. Вскочила с кровати, бросилась к выходу. Витман едва успел схватить её за руку.

— Очнись! — Я влепил Мурашихе пощёчину.