Князь Барятинский 7. Воины света

И в этом году Юсупов уже точно знает, чего ему ждать.

— Если он нарушит правила и убьёт меня, ему конец. И политически, и физически.

— Насчёт последнего — не уверен, — покачал головой Платон. — Всё-таки Юсупов — сильный маг, да и заслуги его и его рода достаточно велики. Император не станет его казнить. Скорее всего, дело обойдётся ссылкой. Но вы правы: для Юсупова и такой исход равносилен смерти.

— Тогда какие ещё варианты? — развёл я руками.

— Только один. Что если он готов к смерти?

Тут я прикусил язык и задумался.

Вспомнилось, что рассказывала Кристина в тот день, когда раскрылись подробности родовой магии Полли. Платон, как оказалось, говорил сейчас о том же.

— Смерть Юсупова от рук врага с практически стопроцентной вероятностью означает смерть самого врага, — продолжил Платон. — Юсупов об этом, безусловно, знает. И может повести бой так, что вам ничего не останется, кроме как убить его.

— Не вижу смысла, — пробормотал я. — Ну ладно ещё, вся эта аристократическая словесная шелуха, которой я до сих пор не могу принять, хотя и понимаю.

Если бы Юсупов победил — это бы имело смысл. Он бы отстоял честь своего рода. Но так… он ведь проиграет! И после его смерти все будут говорить: «Венедикт Юсупов проиграл молодому Константину Барятинскому». Даже если я погибну. В этом не будет его доблести…

— А если всем и каждому будет очевидно, что Юсупов подставился сам — лишь для того, чтобы устранить опасного соперника? — не сдавался Платон. — Тогда это будет свидетельствовать о невероятной силе его духа.

Венедикт Юсупов станет иконой чёрных магов: человек, который не побоялся отдать жизнь ради достижения своих политических целей, ради возвращения в Ближний Круг.

— Н-да, — буркнул я. — А ведь похоже на правду…

— Рад, что вы задумались над ситуацией всерьёз, — кивнул Платон. — Теперь нужно решить, что нам с этим делать.

— У меня есть шансы пережить посмертный выброс энергии Юсупова?

— Теоретически, это возможно. Вы можете закрыться Щитом… Точно не Белым Зеркалом, с родовой магией оно не справится.

Но — Щит, да и ваша собственная выносливость… В этом случае — да. Шансы есть.

— Но? — Я чувствовал по тону, что Платон чего-то не договаривает. — В чём подвох?

— Если всем будет очевидно, что Юсупов подставился, вы окажетесь убийцей героя в глазах всего императорского двора, ваше сиятельство. Юсупов вполне мог заложить на такой случай информационную бомбу, и множество газет разразится скандальными статьями.