Князь Барятинский 7. Воины света

Важно то, что юная девушка, проведя в ошейнике смирения более года, полностью сохранила собственные желания и способность к принятию решений. И таких случаев — половина. Из чего я для себя сделал вывод, что способность сопротивляться воздействию амулета полностью зависит от личных качеств человека.

— Борис Александрович долгие годы провёл в постели, — обронил император. — По сути, всё, что он делал на протяжении этих лет — выполнял указания врачей.

— А ещё — пачками глотал книги, — вмешался я. — И мечтал о том дне, когда сможет встать на ноги.

Когда заживёт наконец полной жизнью — той, которой жили герои на страницах книг. Хотя, разумеется, никому и никогда об этом не говорил.

— Не говорил, — подтвердил император. — Ни мне, ни Её величеству. А вам, выходит — признался? — в вопросе мне послышались нотки родительской ревности.

Я покачал головой:

— Нет, конечно же. О таких вещах не рассказывают. Но поступки великого князя говорят сами за себя. Когда я предложил Борису Александровичу бежать из дворца, чтобы вычислить злоумышленника — он согласился, не раздумывая.

Хотя я честно рассказал ему обо всех возможных рисках. И даже немного преувеличил.

Я вспомнил, как Анна впервые проводила меня в покои великого князя. Как я поспешно — чтобы охрана у дверей не успела насторожиться из-за поставленной глушилки, — изложил ему свой план. И как Борис, едва успев понять, что именно я предлагаю, впился тонкими холодными пальцами в мою руку.

«Я согласен, Константин Александрович! — глядя на меня горящими глазами, выпалил он.

 — Что угодно — лишь бы выбраться из этого склепа!»

«Вы не дослушали, Ваше высочество. То, о чём я говорю, опасно прежде всего для вас. Я хочу, чтобы вы понимали: у меня ни в чём нет уверенности. Нет никаких гарантий, что всё пройдёт так, как задумано. А вы не здоровы, и…»"

"«Да плевать я хотел на гарантии! — Борис вцепился в меня ещё крепче. — Я не здоров, сколько себя помню. В последний год вовсе балансирую на краю могилы. Помереть днём раньше или днём позже — какая, в сущности, разница? Я — попробую, понимаете? Хотя бы попробую…»

— В моём предложении Борис Александрович увидел возможность, едва ли не впервые в жизни, распорядиться своей судьбой самостоятельно, — глядя на императора, закончил я.

 — И он с радостью ухватился за эту возможность. Ваш сын гораздо сильнее, чем вы привыкли думать, Ваше величество. У него было много времени на то, чтобы повзрослеть.

— У Бориса уже третий уровень владения магией, — сказал император.