Клоунада для разведчика

 — Это работа.

Больше он ничего не добавил, но Алекс хорошо понял, что он хотел сказать.

Они сидели еще долго. Жарили купленные по дороге сосиски и хлеб, пили пиво, играли. Пол пел то под аккомпанемент Алекса, то сам брал гитару. Просто валялись рядом, смотря в бездонное ночное небо, выискивая знакомые созвездия и придумывая собственные. Воздух был настолько чистым, свежим, вкусным, что даже жалко было портить его сигаретным дымом. Да и не хотелось курить-то. Наконец начала падать роса, и лежать на стремительно набирающих влагу пледах стало неприятно.

Вставать и перебираться домой было лень. Впрочем, собрать их нехитрый пикник, накрыть большой железной штуковиной давно прогоревший костер и унести пледы было делом нескольких минут. Зато потом Алекс бухнулся в удивительно уютную, мягкую кровать, подтащил тоже сонного, расслабленного Пола себе под бок и почти мгновенно глубоко уснул.

* * *Как и всегда он проснулся, когда Пол еще спал. Но сейчас его беззащитная поза и сладкий крепкий сон были в кои-то веки к месту.

Пол проснулся, когда солнце уже взошло весьма высоко, хотя и не доползло до зенита.

— О! — выдохнул он, приоткрыв один глаз, и счастливо улыбнулся. — Дом, милый дом!

— Ну ты и соня! — хмыкнул Алекс, потягиваясь. — Проспал охуительно красивое время, когда вон те горы были сначала красными, потом желтыми. А еще орел прилетал.

Он, кстати, и сам бы мышь сожрал — так успел проголодаться.

— Так разбудил бы, — мурлыкнул Пол, пододвигаясь к нему и заключая в теплые сонные объятия.

— Ну, еще полчаса, и разбудил бы, — выдохнул Алекс в теплую макушку. Желудок болезненно сжался и жалобно заурчал. — Или отправился бы отбирать еду у жутко редкой и наверняка очень охраняемой птички.

— С завтраком, кстати, все плохо, — обрадовал его Пол.

— Пойдут и молоко с хлопьями, — легко согласился Алекс. — А у меня в рюкзаке пара упаковок растворимого кофе. Не бог весть какой вкус, но с молоком будет сносно.

— У меня вообще-то другая идея, — заговорщически протянул Пол. — Я могу сгонять на соседнюю ферму. Сыр, молоко, хлеб — у хозяйки золотые руки.

— Что-то не нравится мне про руки, — хмыкнул Алекс.