Клоунада для разведчика

 — Спокойной ночи, — он мимолетно поцеловал его за ухом, отчего Алекса передернуло — одновременно от щекотной волны, неожиданности и нелепого смущения.

Ответа дожидаться Аррой не стал — сразу же забрался в свою кровать и завернулся в одеяло.

— Спокойной ночи, — все же сказал Алекс и тоже лег. Это было немного странно — все-таки подсознательно он ждал каких-то глупых благодарностей, ненужных расшаркиваний, стандартно-задолбавшего тебе понравилось?. Но Аррой был как будто выше этого, кажется, точно зная, что Алексу все понравилось и даже больше.

3

— Упор лежа принять! — звучно выкрикнул Алекс. — Приступить к выполнению упражнения.

Пятьдесят человек, как один, начали отжиматься, громко и четко отсчитывая количество повторений. У Алекса заломило между лопатками — тело, привыкшее к регулярным нагрузкам, неистово противилось гиподинамии. Но пока не снимут швы, даже думать о чем-то, кроме пробежки трусцой, нельзя.

К тому же, вчера неплохо наупражнялся. Алекс перевел взгляд на крайнего справа солдата, отжимающегося в унисон с остальными.

К боли в спине прибавилась противная боль в паховых связках и не слишком приятное ощущение между ягодиц. Нет, ничего не болело, хотя когда Алекс, опять проснувшийся раньше сигнала подъема, резко сел в кровати, его на короткий миг прострелило горячей неприятной волной. Все было как обычно, если б не одно обстоятельство: полсуток назад в его заднице побывал член.

— Закончили. Смирно! — отдал он новую команду, потому что счет пошел на шестой десяток. — К прохождению полосы препятствий приступить.

По плацу загромыхали тяжелые ботинки. Алекс развернулся, чтобы был виден полигон и снова застыл в удобной и устойчивой позе: ноги на ширине плеч, руки сложены в замок за спиной. И бок не болел, и задница не пульсировала.

Задница… Черт возьми, что такого было в Аррое, что все вчера кончилось вот так? Кажется, даже в самый первый раз ему не отшибло мозги настолько. Да уж, мысленно хмыкнул он, его первый раз был в шестнадцать. С парнем на восемь лет старше. Убежденным топом, громилой под триста фунтов весом.

И этот громила теплым сливочным маслом растекся под ним, почти без сопротивления раздвинув ноги. А вчера таким маслом стал сам Алекс.

Драть тебя некому, — вспомнились слова Райза. Вот он обрадовался бы, узнав. Небось, медаль Полу бы выправил.

За взятие крепости или За особые заслуги?.. Алекс мысленно выругался.

Утром Аррой был совсем не похож на самоубийцу, бросившегося голой жопой на танки. Он опять спал, обняв подушку.