Ключи Марии

И тут же гугл выдал сотни похожих домиков, очень похожих, но все-таки других.

Олег терпеливо скролил бесконечную ленту фотографий вниз. Он уже понял, что домик этот вполне типичный для греческих островов, настолько типичный, насколько типичными оказались те здания, которые он в мыслях назвал безликими. Дойдя до самого низа ленты выброшенных гуглом фотографических квадратиков, Олег остановился. Присмотрелся к последнему ряду. И тут ему показалось, что удача повернулась к нему лицом. На втором снимке слева не только домик оказался удивительно похожим, но и вывеска полностью совпала по размерам и количеству букв.

Но на предложенной гуглом фотографии эти буквы читались! Ресторанчик назывался «Ormos». И не важно, что это слово могло означать, важно было то, что теперь по слову и дому можно попытаться узнать адрес прадедушки хулиганистой девчонки с Печерска.

После щелчка курсором по фотографии, перед ним на мониторе открылась другая страничка, тоже полная фотографий, но еще и с текстом: «Come and enjoy silence, sun and sea among traditional tavernas and ancient Greek ruins! Ormos is waiting for you!»

– Ормос тебя ждет! – перевел шепотом Олег последнюю фразу и в новом окне монитора вызвал карты гугла, а в поисковик забил «Ормос» и сразу вынесли его карты гугл в Эгейское море.

Даже показалось, что он услышал шум волны.

Это дул ветер за окном. Не сильно, но настойчиво.

– И после этого он говорит, что я – идиот? – вспомнил Бисмарк с усмешкой слова Адика.

В глазах вспыхнул огонек самоуверенности и восторга. – Посмотрим, кто из нас двоих раньше найдет то, что этот старик откопал!

Чувство победителя не отпускало Олега и когда он раздевался в темноте и лез под одеяло к спящей там гостье. Но как только его рука коснулась горячего тела Рины, Олег испуганно замер. Он вспомнил о втором одеяле, о том, как они уже спали вроде бы и рядом, но не вместе. Поднялся, достал второе одеяло. Улегся рядом, на животе.

Левая рука сама полезла на ее сторону. Сначала легла на бедро, мягкое, горячее, зовущее. Потом полезла вверх и пальцам стало еще жарче – они коснулись груди. Они погладили грудь и дотронулись до соска, твердого, шершавого. И тут подушечки пальцев стали мокрыми. Он их вытер о простынь и вернул пальцы на грудь, на сосок. И снова ощутил на пальцах влагу. Вытащил руку из-под ее одеяла, поднес к губам.

– Молоко! – обомлел он, облизывая губы.