Свои чужие

Напротив, сильнее сжимает мою ладонь своей, большой и тёплой, и в этот момент я вспоминаю, почему не люблю к нему прикасаться. Воспоминания на ускоренной перемотке проносятся в голове. Вскрывают зажившие раны. Едва мы оказываемся на улице, прекращаю эту пытку и высвобождаюсь."

"В ресторане быстрого питания я чувствую себя комфортно. Как и обещала, угощаю Кирилла. Заказываю здоровенные бургеры, картошку, молочные коктейли и мороженое. Вокруг бегают детишки, за соседним столиком сидят тинейджеры и громко хохочут на всё заведение.

— Что смешного? — интересуется он.

— Теперь ты немного не вписываешься в обстановку в своём дорогущем костюме.

— Как хорошо, что мне похер, куда я вписываюсь, а куда нет, — отвечает Кирилл.

Он снимает пиджак, отбрасывает его на свободный стул. Закатывает рукава на рубашке и берёт свой коктейль. Малиновый, розовый. Я замечаю у Самсонова на сгибе локтя небольшой, но свежий шрамик и неприятно съёживаюсь при этом.

— Не злись! — примирительно прошу Кирилла. — Всё нормально. На нас никто не обращает внимания. И разговор наш подслушивать не будут. Расскажи про Майю. Что я могу сделать?

— Кузнецовы официально являются опекунами девочки, — начинает Самсонов, выдохнув. — Но это не означает, что ты не можешь оспорить право на опекунство.

— То есть я могу это сделать самостоятельно?

— Вполне. Поправив материальное положение. Майя нуждается в отдельном спальном месте.

— Им что-то не понравится, — заявляю уверенно. — Знаем, проходили.

Ничего из вышесказанного у меня нет. Ни отдельного спального места, ни письменного стола. Конечно, если выбросить старый сервант времён Советского Союза, то можно втиснуть кровать… Но материальное положение я никак не поправлю.

— Давай перейдём ко второму варианту, — поторапливаю Кирилла.

— Мы расписываемся в кратчайшие сроки, подаём документы в опеку, где указываем мой доход. После изучения документов в течение семи дней проводится проверка жилищных условий, в которых будет находиться подопечная.

Я киваю и складываю руки перед собой. Этот вариант точно подойдёт, ведь Кирилл богат.

— Жить переедешь ко мне, — заключает Самсонов.