Свои чужие

Кирилл захлопнул стеклянную дверь, отгородив нас от внешнего мира, снял мой халат, распахнул свой. Вжал меня в стену, закинул мою ногу себе на бедро и вошёл. Взял прямо так. Быстро, резко, остро. Казалось бы, за два раза он должен был вполне утолить свой голод, но не тут-то было. Прошло немного времени, и опять этот взгляд. Взгляд хищника, который готовится нападать.

— А ты как хочешь? — отвечает Самсонов вопросом на вопрос."

"Прикусив губу, задумываюсь. У нас две комнаты: спальня и гостиная. Я могла бы лечь на диване.

— Иногда мне снятся кошмары. В среднем раза два в месяц.

— Я не…

— Возвращаются как флешбэки, напоминая о событиях, которые я предпочёл бы на хрен забыть, — продолжает он.

Застыв с подушкой в руках, внимательно смотрю на него и настороженно слушаю. Пусть говорит. Я хочу знать.

— Кричу, просыпаюсь, затем расчёсываю шрамы до крови. Но могу и умею себя контролировать. Я занимаюсь со специалистом и принимаю таблетки.

По коже проходит лёгкий холодок.

— Боже, нет, — начинаю спешно оправдываться. — Кирилл, я не это имела в виду, честное слово. О другом волновалась.

— О чём? — спрашивает Самсонов, склонив голову набок.

— У меня… всё болит уже. Между ног. Давай ляжем спать вместе, если ты этого хочешь, но только никаких приставаний, ладно?

Кирилл расслабляется и откидывает одеяло. Ложится на кровать и похлопывает ладонью по пустующей половине.

Я возвращаю подушку на место, забираюсь под одеяло и прикрываю свою наготу, чтобы не провоцировать больше.

Мы молчим несколько минут и смотрим в потолок. Не спим. В моей голове очень много вопросов. И… кажется, сейчас самый удобный момент, чтобы их задать. Тем более Кирилл первый начал.

— Я могу поинтересоваться?

— Спрашивай.

— О событиях, которые ты предпочёл бы забыть.

Самсонов не прерывает меня. Это означает, что могу говорить дальше?

— Твои шрамы.

— Пытки, — невозмутимо отвечает Кирилл.

У меня кровь стынет в жилах.

— Пытки… чем?

— Всем, что попадалось под руку. Паяльник, металлический прут, раскалённый нож.

Я делаю глубокий вдох и ощущаю, как начинает пощипывать глаза. Это, должно быть, чертовски больно. Страшно представить, что пережил Кирилл и как долго после такого восстанавливался. Теперь многое становится понятно.

Пододвинувшись к Кириллу, целую его в плечо.