Спасти 6-го

Мне хотелось уплыть далеко-далеко, раствориться и хотя бы на пару часов избавиться от тяжкого бремени ответственности, но чей-то голос настойчиво мурлыкал над ухом, не позволяя вырубиться окончательно.

— Джоуи... ты со мной?

Нет, я был где угодно, но только не с ней.

— Я думала, у нас все серьезно.

Забытье уносило меня прочь.

— Джоуи.

Ничего.

— Джоуи.

Пофиг.

— Джоуи.

Отвали.

— Джоуи, это твоя мама?

— Какого хрена ее сюда принесло?

— Эй, полудурок, очнись!

Раздался звонкий хлопок — щека вспыхнула.

— Что с ним такое?

— У него все пучком.

— Пучком? Да вы посмотрите на него! Он вообще ничего не соображает... Быстро отошли от моего сына.

— Джо, соберись.

— Джо, чувак, твоя мама здесь.

— Джоуи, очнись, ты мне нужен.

Стиснув зубы, я с трудом разлепил свинцовые веки и сквозь наползающую пелену увидел знакомое лицо.

— Чем ты обдолбался? — Мама обхватила мое лицо своими узкими ладонями. — Джоуи, я спрашиваю, чем ты обдолбался? — Чертыхнувшись, мама шумно и часто задышала, после чего снова накинулась на меня: — Ну и как ты умудрился?

Еще бы вспомнить.

— Все ништяк, — невнятно пробормотал я, наслаждаясь ощущением тепла, которое растекалось по телу. — А где... мам, это ты?

— Представь себе! — огрызнулась она и схватила меня за руку, как маленького, чего не случалось давным-давно. — Я приехала за тобой, потому что мне срочно надо в роддом, — тараторила она, продолжая волочить меня за собой. — Думала, ты присмотришь за братьями, пока Шаннон будет со мной, но, похоже, ты не в состоянии присмотреть даже за собой.

На полном расслабоне я позволил маме вести меня, куда ей заблагорассудится.

И пофиг, куда именно.

Сейчас мне на все было пофиг.

— Ты беременна, мам? — с трудом ворочая языком, спросил я, тщетно пытаясь сдуть с глаз упавшую прядь. — Опять?

— Да, Джоуи, беременна. И скоро рожу. — (Хлопнула дверца, и меня впихнули в салон автомобиля, мордой вниз.) — Позорище!

— Факт, — вяло согласился я, пока мама устраивалась рядом со мной на сиденье. — Прости меня...

— Молчи, — перебила мама и продиктовала кому-то, очевидно таксисту, адрес клиники.

— Пожалуйста, не плачь. — Кое-как усевшись, я попытался застегнуть ремень безопасности, но вскоре забил и предоставил это дело матери. — У меня... короче, все ништяк.

— У меня сердце кровью обливается. — Мамин голос дрогнул. — Ты же убиваешь себя.

Чувства, которые мне полагалось испытывать, исчезали в черной дыре, разверзшейся на месте сердца. Мне конец. Отрицать нет смысла. Как и сопротивляться.