Спасти 6-го

— Хочешь признания? — Я прочистил горло и, набрав в грудь побольше воздуха, выпалил: — Ладно. Я люблю тебя, Ифа Моллой.

— Не надо.

— Люблю, — повторил я и, не отводя от нее глаз, стер с ее щеки слезинку. — Люблю тебя больше всех на свете, и это не преувеличение, а чистая правда.

— Джо..."

"— Никогда не прощу себе, как я поступил с тобой на Рождество. Нельзя допустить, чтобы это снова повторилось. — Подавив рвущиеся наружу чувства, я тряхнул головой и на одном дыхании произнес: — И я этого не допущу, потому что люблю тебя.

— В любви не признаются после расставания. — Моллой спрятала заплаканное лицо у меня на груди. — Почему ты не сказал этого раньше, пока мы были вместе?

— До, после, во время. — Я беспомощно пожал плечами. — Факт остается фактом.

— Я не хочу, Джоуи, — рыдала она. — Не хочу тебя терять. Ты мой лучший друг.

— А ты мой лучший друг, — признался я, хотя сердце обливалось кровью. — Мои чувства к тебе не изменились.

— Тогда одними словами ты не отделаешься, — пригрозила она.

— Какие?

— Пообещай, что это не навсегда, — шепнула она, устремив на меня пронзительный взгляд зеленых глаз. — Скажи, что мы расстаемся на время, а потом ты разгребешь свои проблемы и вернешься ко мне.

— А если у меня не получится?

Моллой покачала головой:

— Нет, не прокатит.

У меня вырвался тяжелый вздох.

— Не могу ничего обещать, поскольку не уверен, что сумею выполнить обещание.

— А ты пообещай и выполни, — настаивала она, переплетая свои пальцы с моими.

Нет, не просто, и мы оба это знали.

— Давай поступим так: я ухожу в подполье, ставлю мозги на место, разгребаю дерьмо.

— Без меня, — онемевшими губами прошептала Моллой.

Ради тебя.

— А ты живешь полноценной жизнью, тусуешься с Кейси и другими девчонками, отрываешься по полной, — внушал я. — И совершенно не паришься, где я, с кем, чем занимаюсь, потому что, как ты уже убедилась, мое сердце навеки принадлежит тебе.

Она шмыгнула носом и выжидающе посмотрела на меня:

— И твой член.

Это был не вопрос, а угроза, однако я поспешно заверил:

— И мой член.

Она одобрительно кивнула, и я мягко продолжил:

— Мы будем видеться в школе, но шарахаться друг от друга не станем, потому что, прежде чем превратиться в нас нынешних, мы были...

— Нами, — тихо заключила Моллой.

— Вот именно. Никто от тебя не отказывается, Моллой. Это просто нереально. А я постараюсь выкарабкаться.

Ради тебя.