Спасти 6-го

— Тебе не надоело делать из мухи слона? — возмутился Пол. — Это было по пьяни. Просто секс без обязательств, клянусь.

— Ладно, ты меня убедил. Но раз уж мы на одной волне, пора бы тебе понять, что для меня секс — это серьезно.

— Да ну? А по-моему, в мире Ифы Моллой секс — как единорог. Все слышали, но никто не видел. Оральный — пожалуйста, а обычный — ни-ни.

Я закатила глаза:

— Будешь продолжать в том же духе, и тебе вообще никогда не обломится.

— Ну и как предлагаешь тебя уламывать? — не скрывая ехидства, проворчал Пол.

Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что думаю, но тут Гарри, мой босс, демонстративно постучал по циферблату часов.

— Мне надо работать. Будем считать, тема закрыта, — сообщила я, поднимаясь из-за стола, чтобы приколоть к поясу фартук. — Вернемся к ней, когда я буду готова. Как только это случится, ты узнаешь первым.

— Все из-за него, да? — Пол схватил меня за запястье и притянул обратно. — Никак не выбросишь его из головы? — Он презрительно сощурился. — Только ему не до тебя, Ифа.

— Дело не в нем, Пол. Просто я не готова. — Я резко высвободилась. — А сейчас извини, у меня работа.

— Вперед и с песней, — отмахнулся Пол. — Ты же любишь, когда на тебя пускают слюни.

— Гарри, прости. — Забив на рассерженного придурка у себя за спиной, я поспешила к стойке. — Совсем потеряла счет времени.

— Ничего страшного, милая, — заверил меня старик. — Народ потихоньку стекается во второй зал, работы будет навалом. Ты у нас заведуешь едой и посудой.

— Не волнуйся, Гарри, у меня комар носа не подточит. — Я похлопала его по плечу и подмигнула. — Чем меньше знает сынок копа, тем крепче спит.

— Умница, Ифа. — У старика отлегло от сердца, на морщинистом лице заиграла улыбка. — Продолжай в том же духе.

С блокнотом и ручкой я направилась во второй зал, где меня облепили изнемогающие от голода и жажды посетители.

Улыбнувшись про себя, я расправила плечи и, выпятив грудь, шагнула к столику, занятому шумной компанией:

— Добрый день, господа. Определились с выбором?

О да, сегодня мне светят баснословные чаевые.

Мне пришлось задержаться еще на несколько часов после смены — поток желающих отметить Рождество не иссякал. Вместо шести вечера освободиться удалось после девяти.