Клан

Из серой мглы формируется фигура.

— Может у меня есть, что тебе предложить?

— В качестве отступного? Что бы я тебя не ел? Внимательно слушаю.

— Вообще-то я имел ввиду несколько иное. Я многое могу тебе дать, если ты к нам присоединишься. Магию, золото, очарование, даже удачу могу склонить в твою сторону."

"— Вот ведь. Как-то даже грустно. Что ж вы такие все плоские-то. Это всё барахло. Ну для меня, понятное дело. Для неодаренного, может быть, это и хорошая цена. Но мне предлагать вот это вот всё даже глупо, что ли.

Переговорщик из тебя так себе.

Но у меня есть к тебе предложение неслыханной щедрости. Только сегодня. Только без раздумий.

Если откроешь путь из твоего тела к третьей границе, то сегодня я есть тебя не буду. Может даже у тебя будет время спрятаться. Потому что я обязательно вернусь.

— Я огромен! Как ты меня можешь победить?! Я почти уже Мир! — со всех сторон доносится рассинхронный голос.

— Да легко. На Земле неодаренные кашалотов и синих китов забивают артелью.

А в тебе много очень вкусных ядер. И ты думаешь, меня испугают размеры? В Мире, может, я поостерегся бы. Мало ли что. А тут, тут ты добыча. Так что да, я вернусь. Но могу есть тебя начать не сейчас. Видишь, у меня ещё дела на Земле.

— Уходите! — через несколько секунд молчания, голос прорывается криком.

— Если дорога приведет куда-нибудь не туда, то я вернусь быстрее.

Серая муть передергивается, и перед нами формируется плотная тропа.

Я проверяю направление, и вроде бы с нашим вполне совпадает.

— Ну, поехали? — спрашиваю родителей. — Готовы?

— Да. — отец твердо кивает.

— Тогда двенадцать. — на плечи опять падает тяжесть. И тут же исчезает.

— Кирилл, — голос Высокова напряжен. — Я начинаю терять стабильность. Мысли наслаиваются. Всё быстрее и быстрее.

— Плохо. Демон нас выбросил из себя похоже. Он внутри более упорядочен. А тут уже хаос, и нас размывает. Я не знаю, что с этим делать.

— Я помогу, — из-за угла воздуха внезапно выходит Большой Медведь. Пространство резко обретает предсказуемость, и меня отпускает. Вот теперь точно выберемся.

— Это еще кто? — Высоков с недоумением смотрит на Шамана.

— А тебе без разницы должно быть, имперец. Я тот, кто тебя отсюда вытащит. — обращается о мне.