Клан

а полностью на стопу. Вот у тебя ерунда и получается. Как ты еще балансируешь?

— Кир, с трудом. Я и не понимаю совсем как вы ходите. Это же неудобно.

— Не знаю. Мне нормально. Давай-ка, ты кроме моих ощущений от ходьбы, скопируешь давние воспоминания, как я учился ходить. А потом, я через тебя пойду этим големом. Может чего и получится.

Через пару минут, Лис в виде того парня из Лабиринта поднимается на ноги.

— Ну давай пробовать. — я тянусь сознанием к Спутнику.

В големе я себя внезапно чувствую значительно больше.

Чуть выше обзор, значительно меньше чувствительность, так что когда мы падаем носом вперед, ожидаемой боли никакой нет. Как будто в игре.

Основой внешних ощущений внутри, мне служит сфера, зрение и слух.

— У меня больше чувств, — говорит Лис. — я еще поверхностью тела чувствую. Но без окраски, то есть удар чувствую, а вот боль — уже нет.

При этом, здесь, кажется, есть возможность чувствительность прикрутить. Только я сам уже забыл как оно.

— Надо понять куда крутить. Ты же подсадной уткой будешь, и без чувств, хотя бы и ослабленных, будет сложнее.

Да и потом, если все пройдет неплохо, ты же сам хотел себе тело до пятого хвоста, а без ощущений, без вкуса и запаха — зачем оно тебе?

Но сейчас хотя бы ходить бы нам научиться. Утка может и молчать поначалу, но двигаться она должна не как чужой организм. Иначе мы никого не поймаем. А вот нас инквизиции сдадут сразу.

Вместе поднимаемся на ноги. Очень странный баланс. Как будто мне на плечи насыпали полмешка песка, а на ноги надели ходули. Хорошо еще, сам Лис уже пробовал в этом ходить.

Анки на это всё смотрит со стороны с неослабевающим интересом. Диалог же она наш тоже слышит, и мои междометия, когда падаю, воспринимает. Думаю, ей не хватает попкорна. Бедновато тут на развлечения.

Постепенно, вдвоем начинаем ходить.

— Если запомнил, может сам? — спрашиваю.

— Давай. — Лис возвращает контроль, я выхожу из сопряжения и с облегчением выдыхаю.

Спутник медленно встает на ноги. И шаг за шагом начинает идти. Получается не очень, слишком плавно идет, но значительно лучше, чем было еще с утра. Все-таки, мы нащупали, где пряталась чуждость.

— Слушай, а сам каркас не содержал правильного поведения или передвижения, в Лабиринте же товарищ довольно живой был?

— Да может и содержал, только что бы я им пользоваться смог, мы со Старшим убрали кусок за это отвечающий.