Кладбище домашних животных

У Нормы был легкий сердечный приступ, и я смог сразу же ей помочь. Сомневаюсь, что у нее что-то серьезное с сердцем. Она…

– Да, я знаю, – почти весело согласилась Элли. – Она старая, а все старики рано или поздно умирают. И мистер Крандолл тоже старик.. – Можно я съем яблоко.

– Нет, – ответил Луис, задумчиво глядя на дочь. – Перед сном вредно кушать. Поднимайся наверх и не забудь почистить зубы, крошка.

«Разве кто-нибудь может сказать, что он понимает детей?» – удивился Луис.

* * *

Когда в доме все успокоилось и супруги Криды легли в кровать, Речел осторожно спросила мужа:

– Элли не очень расстроилась? Как она к этому отнеслась?

«Ничуть она не расстроилась, – подумал Луис.

 – Она знает, что старики рано или поздно умирают, так что, похоже, она знает, что к чему.., словно она знает, что если вы запнулись при счете тринадцать, прыгая через веревочку, умрет ваш лучший друг.., словно она считает, что это мы выкладывали кривые круги на хладбище..»

– Нет, – ответил Луис жене. – Она отнеслась ко всему нормально.

Давай спать, Речел, ладно?

Ночью были заморозки. К утру поднялся сильный ветер, разгоняя кучи уныло бурой опавшей листвы.

Завывания ветра разбудили Луиса, и тот, сонный, посмотрел в замешательстве исподлобья. По лестнице кто-то поднимался.., медленные, шаркающие шаги. Снова пришел Пасков. «Только теперь. – подумал Луис. – Ведь прошло уже два месяца». Когда открылась дверь, Луис увидел сгнивший труп; спортивные трусы, испачканные в грязи: местами плоть прогнила, открыв огромные дыры в теле; мозг превратился в гнилую кашу.

Только глаза еще оставались прежними.., адски яркие и живые. В этот раз Пасков ничего не говорил; его голосовые связки уже не могли порождать звуки. Но его глаза.., они звали.

– Нет, – выдохнул Луис, и шаги стихли.

Луис встал, подошел к двери и открыл ее толчком, гримаса страха застыла на его лице. Он был готов повиноваться. Пасков стоял за дверью с вытянутыми руками, напоминая давно умершего конкистадора, вызванного первой гремящей фразой из «Вальпургиевой Ночи».

«Такого не бывает», – сказал бы Джад. Лестничная площадка оказалась пустой, тишина царила в доме. Смолкли завывания ветра. Луис вернулся в постель и уснул.

Глава 21

На следующий день Луис позвонил в больницу, в отделение интенсивной терапии. Состояние Нормы до сих пор расценивалось как критическое, шла стандартная процедура реабилитации, которая тянется двадцать четыре часа после сердечного приступа. Луис приободрился, услышав заключение доктора, лечащего Норму.