Кладбище домашних животных

А иногда (редко, слава Богу!) можно ворваться в тщательно оберегаемый от всех внутренний мир партнера, заполненный идеями и предрассудками, о которых вы раньше не имели ни малейшего представления, такими страстными (по крайней мере, с вашей точки зрения), что они кажутся прямо-таки психическими отклонениями. И вот тогда-то, если вы желаете сохранить брак и свой покой, следует двигаться дальше крайне осторожно; необходимо помнить, что гнев в такие мгновения – удел глупцов, которые верят, что одна личность может полностью познать другую.

– Дорогая, там всего лишь кладбище домашних животных, – проговорил Луис.

– Поэтому Элли так плакала, – сказала Речел, махнув рукой в сторону кабинета Луиса. – Ты думаешь для нее это всего лишь кладбище домашних животных? Эта прогулка оставила у нее в душе шрам, Луис. Нет, больше она туда не пойдет. Дело не в тропинке, дело в том месте, куда она ведет. Теперь Элли все время будет думать, что Черч должен умереть.

На какое-то мгновение у Луиса возникло безумное ощущение, что он все еще разговаривает с Элли; что его дочь просто-напросто надела ходули, переоделась в платье матери и напялила маску, сделанную в виде лица Речел.

Луис помедлил, потому что неожиданно вопрос, который они обсуждали, показался ему весьма значительным, слишком значительным, чтобы его можно было просто обойти вниманием из уважения к этому таинству.., невозможно познать душу другого человека… Он медлил, потому что ему казалось, что Речел упускает из видимости весьма очевидный факт; факт, настолько явный, что его невозможно не заметить, если только не делать этого специально.

– Речел, – проговорил он. – Черч все равно когда-нибудь умрет.

Она с яростью посмотрела на мужа.

– Не в этом дело, – сказала она, медленно и четко произнося каждое слово, как разговаривают с умственно отсталым ребенком. – Черч не умрет ни сегодня, ни завтра…

– Я пытался сказать ей об этом.

– Ни послезавтра, и даже ни через год.., или два…

– Дорогая, мы не можем быть уверены…

– Конечно, можем! – взорвалась она. – Мы хорошо заботимся о нем, он не умрет. Вообще, никто здесь не умрет. Так почему ты хочешь пойти и испортить настроение маленькой девочке, рассказав ей что-то такое, чего ей все равно не понять, пока она не повзрослела.

– Послушай, Речел.

Но Речел не хотела слушать. Она кипела.

– Так трудно перенести Смерть..