Кладбище домашних животных

Очистив пальцы от грязи, потирая руки друг о друга, Луис покинул кладбище, чувствуя, что переборщил, поверив, что его увидят, остановят, станут расспрашивать прямо на дорожке…

* * *

Ему досталась последняя пицца, которая оказалась кривой: одна сторона больше другой, к тому же холодная, скользкая – в целом, она напоминала ком вареной глины. Луис съел только один кусок, а потом выбросил в окно автомобиля коробку и все остальное, вместо того, чтобы вести это назад в Ладлоу. По природе он не был пиз…ом, просто не хотел, чтоб Речел видела такую несъедобную вещь.

Это может вызвать у нее подозрение. Отнюдь не из-за пиццы ездил Луис в Бангор!

Теперь Луис обдумывал время преступления.

Время. Время может оказаться важным, критическим, непреодолимым препятствием. Тимми Батермен умер задолго до того, как отец похоронил его на земле, где хоронили Микмаки. «Тимми застрелили девятнадцатого.., похоронен он был.., никак не вспомнить, но я думаю, это было двадцать второе июля. Через четыре или пять дней Марджи Вашбарн.

., увидела Тимми, гуляющего по дороге».

Правильно. Скажем, Билл Батермен медлил четыре дня.., так! Если Луис заблуждается, пусть все так и будет. Скажем, три дня. В виде доказательства, Луис уверил себя, что Тимми Батермен вернулся к жизни двадцать третьего июля. Шесть дней прошли между смертью мальчика и его воскрешением, и это по самоуверенной оценке человека, который об этом знал лишь понаслышке. Процесс мог занять и дней десять. Со дня смерти Гаджа уже прошло четыре дня.

Время уходило, но до срока Билли Батермена было еще далеко. Если…Если бы Луис мог сделать с Гаджем все так же, как с Черчем. Ведь Черч выбрал для своей смерти очень удачное время, не так ли? Семьи Луиса не было в Ладлоу, когда Черча убило. Никого тут не было, кроме него и Джада.

Его семья была в Чикаго.

Теперь последний кусочек мозаики встал на свое место.

* * *

– Что ты хочешь? – спросила Речел, уставившись на Луиса, остолбенев от удивления.

Было четверть десятого. Элли уже уложили в кровать. Речел приняла еще одну таблетку валлиума, чтобы разогнать ощущение, оставшееся у нее после поминок («поминки» – еще одно дурацкое слово, похожее на «часы посещения»); она выглядела ошеломленной, но вела себя спокойно, с тех пор как Луис приехал из Бангора.., казалось, теперь она всегда будет в таком состоянии.

– Вернись в Чикаго с матерью и отцом, – спокойно повторил Луис. – Они уезжают завтра.